Спорим, влюбишься?

Только я свернула в арку между домами, как сзади кто-то прижал меня к себе, с силой закрыв рот ладонью…

Глава 12

В любой страшной ситуации надо притвориться либо спящей, либо мертвой. Так я обычно делаю во сне. Однако, когда перед моими глазами сверкнул нож, я передумала притворяться. Это точно не папины люди. Те бы меня и пальцем не тронули, не говоря уже о ноже. Что теперь делать?! И ведь дернуться нельзя, еще порежет. И, как назло, нет ни одного человека в арке. Мужчина, а это точно он, судя по огромной руке, закрывшей мое лицо, медленно отпускает последнюю. Так, главное не орать, это его разозлит и тогда никакой мне свободной жизни.

– У меня есть деньги в рюкзаке, – еле слышно произношу я дрожащим голосом. – Возьмите и отпустите меня, пожалуйста. Я даже не обернусь и не посмотрю, как вы выглядите, – кажется, еще несколько секунд и у меня вырвется из груди сердце.

– Страшно, Машенька? – обманчиво ласковым голосом прошептал над ухом вполне себе знакомый человек. А затем резко развернул меня к себе.

От неожиданности у меня выпали пакеты из рук. Молчу, не зная, что сказать. Хватаю ртом холодный воздух, то ли от возмущения, то ли от облегчения.

Вот уж Мишу я точно не ожидала здесь увидеть. Несмотря на ситуацию и на то, что Медведев намеренно меня напугал, по-настоящему злиться на него не получается. Особенно, когда смотрю в его голубые глаза. И все-таки он добрый, несмотря на то что хозяин этих глаз еще несколько часов назад саданул мне со всей силы по руке.

– Разве что, чуть-чуть. Помочиться от страха в джинсы я не успела.

– Все впереди, дорогая, еще обоссышься, – улыбаясь, произносит Миша.

– Ну если так, тогда, надеюсь, от радости.

– Надейся.

Что ты здесь делаешь?"

"– Стою. Или ты в целом о том, что я делаю вне дома? – почему мне нравится его дразнить? Я же понимаю, что так нельзя, учитывая, что в данный момент я завишу от Медведева.

– Второе, – на удивление спокойно произносит он.

– Мне очень нужно было купить одну вещь, а тебя просить было неловко. Вот и пришлось идти в ближайший магазин. Ну а попав туда, как-то само собой взгляд упал на отдел с одеждой. Все равно же собиралась купить. И вот я здесь, – улыбнувшись, произнесла я.

– А что за вещь, за которую тебе неловко?

– Средство для личной гигиены.

– У меня полно таких средств. Я же дал тебе добро пользоваться всеми вещами Наташи.

– Наташа? Это твоя бывшая девушка?

– Допустим.

– Ну, у твоей Наташи не оказалось прокладок, поэтому мне пришлось идти. Не могла же я попросить тебя об этом.

– Почему не могла?

– Ну это же прокладки.

– И? Я что, по-твоему, идиот, трясущийся перед отделом прокладок? Или принцесса, боящаяся признаться, что какает не бабочками и боится купить туалетную бумагу?

– Тогда уж принц. Но нет, вижу, что ты не такой.