Стань диким!

Он подождал еще немного. Луна поднялась и сияла почти над головой. К этому времени Горелый должен уже вернуться! Ох, почему Огонек не поговорил с Синей Звездой, когда у него была такая возможность! Он видел, как Частокол и Долгохвост стоят на страже возле ее пещеры, и ему вовсе не хотелось, чтобы они слышали его жалобы.

Коготь принес в лагерь добычу и поделился ею с Бураном — воины поели перед своей пещерой. Огонек почувствовал, что очень проголодался. Надо бы пойти поохотиться — в лесу он может встретить Горелого. И пока Огонек раздумывал, что делать, в воротах лагеря показался Горелый.

Огонек очень обрадовался, и не только потому, что в зубах он нес свежеубитую дичь. Ученик подошел к Огоньку и положил добычу на землю.

— Тут хватит на всех троих! — гордо мяукнул он. — И вкус у нее особый — она с территории Сумрачного племени. Огонек аж рот раскрыл от удивления:

— Ты охотился на территории Сумрачного племени?

— Такое мне дали задание.

— Коготь послал тебя охотиться на вражескую территорию! — У Огонька это в голове не укладывалось. — Ты должен сказать об этом Синей Звезде. Это же очень опасно!

При упоминании о предводительнице Горелый покачал головой.

Он смотрел затравленно, в глазах его застыл ужас.

— Смотри никому не говори, ладно? — шепнул он. — Я выжил и даже наловил еды. Ну и все, нечего вспоминать.

— Это сегодня ты выжил! — фыркнул Огонек.

— Ш-ш-ш! Коготь на нас смотрит. Ешь и молчи! — прикрикнул Горелый. Огонек пожал плечами и стал жевать. Горелый ел торопливо, стараясь не встречаться с Огоньком глазами.

— Оставим еды Клубку? — спросил он чуть погодя.

— Он пошел к Пестролистой, — прошамкал — Огонек с набитым ртом. — Он порезал лапу.

Не знаю, когда он вернется.

— Хорошо, оставь ему что хочешь, — проговорил Горелый слабым голосом. — А я что-то устал. Надо полежать.

И он полез в пещеру. Огонек остался возле пня один. Он сидел и смотрел, как лагерь готовится ко сну. Придется рассказать Горелому о подслушанном разговоре. Он должен знать, что ему угрожает опасность."

"Коготь лежал рядом с Бураном, они беседовали. Но краем глаза он поглядывал на пещеру учеников. Огонек зевнул, чтобы показать Когтю, до чего он устал. Потом встал и пошел к Горелому. Горелый спал. Но при этом он перебирал лапами и шевелил усами, и Огонек догадался, что друг его видит сон.

То, что это плохой сон, стало ясно, когда Горелый вдруг тоненько замяукал и завизжал. Вдруг черный кот вскочил и стал бешено озираться вокруг, испуганно тараща и без того огромные глаза. Он выгнул спину дугой, шерсть на хвосте его стала торчком.

— Успокойся, Горелый! — стал уговаривать его Огонек. — Ты дома, на своей постели. Никого здесь нет, только я! Горелый уставился на него, не узнавая.

— Да я это, я, — повторял Огонек.