Стань диким!

— Правильно, — мяукнул Львиное Сердце. — Зато есть кто-то другой.

Рыжик замер от неожиданности — на поляне показался еще один боевой кот.

— Это Буран. — промурлыкал Львиное Сердце. — Один из старший воинов Грозового племени.

Рыжик посмотрел на кота, и от страха по спине его пробежал холодок. Неужели он попал в западню? Перед ним стоял котище — великан и глядел на него сверху вниз. У него был белый, как снег, густой мех, а глаза были желтые, как прогретый речной песок. Рыжик с испугу прижат уши и весь напружинился. приготовившись драться.

— Успокойся, пока страх не выдал тебя.

 — рыкнул Львиное Сердце. — Мы здесь для того, чтобы проводить тебя в наш лагерь.

Буран, вытянув нос, стал с интересом обнюхивать Рыжика, а тот сидел ни жив ни мертв и даже задержал дыхание на всякий случай.

— Привет, юнец. — промурлыкал белый кот. — Наслышан о тебе.

Рыжик склонил голову в приветствии.

— Пошли, доберемся до лагеря — там и поговорим, — приказал Львиное Сердце, и в тот же миг оба кота прыгнули и исчезли в зарослях. Рыжик вскочил на четыре лапы и поспешил за ними.

Два воина мчались по лесу, не оглядываясь на Рыжика и очень скоро он стал выдыхаться.

Они чуть притормаживали только тогда, когда путь им преграждало упавшее дерево, через которое они могли перепрыгнуть одним прыжком, а Рыжику приходилось перелезать через него, карабкаться вверх, потом вниз. Они пробегали мимо пронзительно пахнущих сосен, перепрыгивали через глубокие канавы, прорытые дурно пахнущими созданиями, которыми управляют Двуногие. Сидя в надежном укрытии за садовой оградой, Рыжик часто слышал, как они ревут и всхрапывают вдалеке.

Одна канава оказалась такой широкой, что не перепрыгнуть: на дне ее была мутная, стоялая вода.

Дикие коты, не задумываясь, перешли ее вброд."

"Рыжик никогда даже лапой не касался воды. Но он не хотел показаться трусом, поэтому закрыл глаза и шагнул следом за ними, стараясь не обращать внимания на неприятную влагу, от которой шерсть у него на брюшке стала мокрой.

Наконец Львиное Сердце и Буран сделали остановку. Рыжик подбежал к ним и встал рядом, пытаясь отдышаться. Воины вышли на голую скалу, нависшую над небольшим овражком.

— Теперь до лагеря уже недалеко, — мяукнул Львиное Сердце.

Рыжик попытался увидеть внизу в кустах хоть какие-нибудь признаки жизни: не колыхнется ли ветка, не блеснет ли где мех, — но глаза его не углядели ничего особенного — все те же дикие невысокие заросли, как и повсюду в лесу.

— А ты носом. Ты должен почуять, — зашипел ему на ухо Буран.

Рыжик закрыл глаза и принюхался. Буран правду говорил. Местный запах был совсем не похож на кошачий, к которому он привык. В воздухе пахло — и очень сильно — множеством самых разных котов и кошек.

Он понимающе кивнул и объявил:

— Я чую котов.