10
0
А на прошлой неделе и вовсе случилось чудо: хозяйка ателье, с которой мы теперь вели дела вместе, тоже переоделась в штаны, сшитые по моему эскизу.
— А что, удобно, — переступала с ноги на ногу эта консервативная особа, разглядывая себя в зеркале. — И нигде не поддувает.
Горожанки тоже оценили удобство нового наряда. Теперь каждая вторая дама в Ниене ходила в брюках — мужчины только грустно вздыхали.
— Ладно, я домой. Мне еще стол к Новому году накрывать.
— К Новому году? — нахмурилась старая леди.
Ах, я и забыла, что в Ниене прижилось другое название этого праздника.
— К ночи Актум.
Портниха кивнула, но с неодобрением. Новая традиция ей не нравилась, хотя именно благодаря ей в последние недели декабря заказы сыпались на нас как из рога изобилия. Все хотели пойти красивыми на площадь к большой наряженной елке.
— Ох, молодежь. Лишь бы найти повод для гуляний, — поджав губы, моя партнерша по бизнесу принялась подсчитывать дневную выручку. С каждой золотой монетой, опускающейся на стол, лицо ее веселело. — А впрочем, молодость тем и хороша. Лет сорок назад я так отплясывала, так отплясывала на балах.
Я улыбнулась, надевая манто и шапку.
Возле двери меня настигло добродушное ворчание.
— Только не перетруждайся там. В твоем положении надо больше отдыхать и лежать. И куда только смотрит Его Сиятельство! Позволяет беременной жене так много времени проводить на ногах. Неужели у графа нет кухарки, что тебе самой приходится готовить праздничный ужин? Безобразие.
— Есть. Есть кухарка, — рассмеялась я. — Но старшего Реймона и младшего Реймона я предпочитаю кормить сама.
— Ты еще второго сына Реймоном назови для полного комплекта, — хмыкнула старушка.
— И назову. Но не в этот раз. В этот раз я жду девочку, и звать ее будут Габриэль.
Услышав свое имя, растроганная старушка расплылась в улыбке.
— А беременным, кстати, гулять полезно, — бросила я, прежде чем выйти из теплого помещения лавки в снежную зиму.
— Беременные должны лежать в постели! — понеслось мне в спину. — С третьего месяца и до самых родов!
Снаружи в свете фонарей кружились снежинки. По бокам расчищенных до камня дорог тянулись сугробы. Витрину каждого магазина украшала маленькая елочка, подсвеченная лампами. Но одна из витрин сияла особенно ярко. Владелицей этой крошечной лавки с самой нарядной витриной в городе была не кто иная, как Иветта, моя сводная сестрица.
Три года назад она пришла ко мне в Блэквуд за рецептом моего экзотического супа из свеклы. Она была очень скромна, приветлива и со слезами на глазах умоляла научить ее готовить. Я согласилась, мы мило пообщались, а через два месяца после этой встречи Иветта сорвала главный куш на ежегодном кулинарном поединке. Деньги, полученные за победу, она вложила в свое дело.
