Странный мир

– Получается, что если бы мы жили в разных местах, и ты навещал нас по очереди, то тебе было бы легче? – Вот ведь сформулировала! Ни убавить ни прибавить!

– Легче. – Славка и не думает кривить душой. Он не ждет никакой шпильки или обиды. Рипа уже давно для него часть собственного «я», а хитрить с самим собой… ну, в общем, ясно. И с вопросами он тоже приставать не станет.

– Ладно. Пару годиков это нам вообще не грозит, ей реально необходимо подрасти, – про себя бормочет жена. А Славка приходит в ужас. Это получается – кто-то из Квакушек! А не присмотрена из них только Тинка.

Супруга уже поняла, что он сообразил. А до него дошло, что сам-то он теперь уже будет относиться к этой девушке совершенно иначе. А как? И что, ему теперь собственной жене сдавать зачет по безопасному обращению с малолеткой?

Переглянулись. Действительно, пару годиков необходимо делать вид, что он ни о чем не догадывается. И вообще, лучше эту пигалицу удочерить. Только ведь не согласится!

А может, перерастет? Влюбится в какого-то парня? Насколько он знает эту малявку, вряд ли такое случится. Да и не малявка ведь уже. Квакушки здорово подросли.

Глава 24

Виктория так и не поняла, что это: разведка или урок? Ей неуютно от того, что приходится возиться с малышами здесь, посреди сухой степи на берегу соленых лиманов. Хотя «возиться» – слишком экспрессивное слово. Не тот случай. Настя и Соня в этом мире живут столько же, сколько и она – четвертый год за середину перевалил. Все они уроженки Старой Земли. Тем, кто появился на свет в этом мире, сейчас не больше трех лет."

"Младшая из сестричек вообще была подопытным кроликом в детском садике – на ней два года отрабатывались методы обучения детей жизни в реальных условиях.

Это до поступления в школу. Старшенькая-то, Анастасия, сразу попала в первый класс, так что ей наука обретения комфорта вдали от человеческого жилья преподавалась только в каникулы. Но добротно. Девочки прекрасно себя здесь чувствуют.

Задача у них простая – описать северное Черноморское побережье, пройдя его сушей, минуя оконечности соленых лиманов. Места здесь очень сухие, частенько встречаются песчаные участки, откровенные барханы и даже площадки голой глины, пропеченной солнцем до каменности.

Почти месяц плутаний между узкими морскими заливами по безводным пространствам не прибавил им никаких открытий, зато приучил относиться к воде как к величайшей ценности.

Форсирование Ингульца и Южного Буга было просто праздником – реки скудны, но вода в них пресная. Девчонки идут пешком, стайка гуанако, на которых навьючены припасы и мехи с водой, держится поодаль. Своих хозяев эти животные не боятся, знают, что вечером их напоят и дадут полизать соленую плитку, до которой они великие охотники.