Странный мир

Но это ничего, зато ей нередко приводят малышей другие женщины, чтобы посидела с ними, пока им нужно отлучиться по делам. Не дождутся. Не будет она с детьми сидеть, а будет бегать и показывать травинки да листики, зверей и птичек. Объяснять, как стебельки сплетать или почему эти ягодки кушать нельзя. Мальчишек-то матери здешние приезжим воспитательницам сдали для обучения. А девчонки здесь, у фельдшерского пункта, знаний набираются. Пусть не каждый день и не все. Ничего страшного. Капля камень точит.

Глава 33

Совет старейшин – мероприятие добровольное, и женщины в нем никогда не участвуют.

Ну не нравится им название этого сборища, что тут поделаешь! Происходит оно в Синоповке в конце летних каникул школьников. Собственно, сами школьники в возрасте от десяти до двенадцати лет в это время тоже здесь – собирают маслины. В октябре в этих краях уже не так знойно, а работы в тени насаждений не слишком утомительны. Успевает ребятня и в море искупаться, и по горам полазить, и осмотреть каскады водохранилищ, собирающих воду зимних дождей, а потом отдающих ее в ручьи, орошающие уютные зеленые долины.

Обычно людей здесь живет немного – садовники, смотрители плотин, рыбаки.

Но в середине осени горы содрогаются от детских воплей, и покой покидает окрестности на целый месяц. Опустошаются огороды, объедаются фруктовые посадки и ягодники. Сотни мальчиков и девочек употребляют в неумеренных количествах все, что считают для этого пригодным, попутно расходуя ведро йода на царапины и ссадины. Покоя от них нет никому и нигде. Совету старейшин – тоже.

Шантрапа с визгом и брызгами плещется в бассейне, на берегу которого в роскошной тени деревьев убеленные сединами старцы неспешно и обстоятельно обсуждают краеугольные вопросы бытия.

Недоросли, конечно, ведут себя почтительно и стараются не капать с мокрых локтей в корзины с фруктами, из которых угощаются члены совета. Плитка, покрывающая площадку, впрочем, постоянно носит на себе отпечатки мокрых ног – ребятня проходит через совещательное место беспрепятственно, усаживается на пол, чтобы послушать, «о чем базар», и беззастенчиво трескает апельсины и виноград. Яблоки тоже."

"Толковище еще не началось. На доске развешена карта, Максютка проходит к свободному месту на лавке, с правой стороны, а пацан с рыжей прядью на русой голове, одетый только в медальон на шее, внимательно читает текст доклада, разложенный на «прилавке» справа от места выступающего.

– Все запомнил? – Паклин выходит вперед. Пора начинать.

– Да, дедушка. – Мальчишка мельком глянул на пластинку, висящую на груди взрослого. А что делать! Кровные родственные связи уже настолько запутанны, что любой ребенок для мужчины за шестьдесят может оказаться внуком или правнуком.