Странный мир

Пролив сквозь нее не нашелся, зато они добрались до пирамидки, построенной здесь вместе с Зоей и Зиной. Еще один контур замкнулся. Лагуна, в которую впадают и их Ингулец, огромный Днепр, и неизвестная река, текущая с востока, – описана. А у путешественников на исходе пресная вода и дрова. Пора возвращаться на север. Заход за солью в этот раз делать не будут. Тары маловато, и пить уже сильно хочется. До Куреневки они сегодня не дойдут, но до устья своей реки доберутся обязательно.

* * *"

"Возвращаться домой в Балку Славка не торопится. По радио узнал, что там сейчас как раз обе его жены, и… соскучился, конечно, но лучше с ними встречаться по одной.

Поселились бы, что ли, в разных поселках. Нет в нем замашек султанских. Так что в сопровождении Фимы он сейчас в Куреневке, у кузнецов. Тут многое изменилось с тех пор, как уехали Квакушки. Кузница – дело чадное. Работает токарный станок, почти насквозь деревянный. И точат на нем тоже преимущественно деревянные детали для тачек и тележек. Дубовые подшипники, оси, втулки. Идут эксперименты по морению, а то слово такое, мореный дуб, слыхали все, а как оно делается – сплошные догадки. В энциклопедиях, конечно, есть упоминания, но тонкости приходится узнавать опытным путем.

Проблемы есть и со смазкой для трущихся деталей. Запасы, что нашлись в БТРах, скромны, а животный жир – это единственный пока возобновляемый источник основы производства скользких субстанций. Не брезгуют и мылом, благо уже варят потихоньку. И сало смешивают с толченым древесным углем или сажей. Набираются опыта, одним словом.

Сегодня – поход в сад. Первое впечатление – отлично. Зимой и в начале весны здесь крепко поработали пилами парни под руководством Марковича.

Громоздятся штабеля сучьев и сухих стволов, напиленных и нарубленных по размеру печной топки. Между деревьев образовались проходы, исчезло загущение крон. Отлично завязались абрикосы, и, кажется, орехи тоже нынче вырастут.

Углубились с Фимкой от края – картина первозданной запущенности. Среди плодовых деревьев масса кустов всех видов, акации, вязы, чего тут только нет. И пила слышна. Судя по звуку – конец пропила. Точно, вот и шорох падающего сука.

Как интересно! Это Ольга Николаевна обчекрыживает старую засохшую акацию. А вот и Семен Аркадьевич оттаскивает сучья. Что тут скажешь, справедливое разделение труда.

* * *Месяц май, а жара уже летняя. После обеда хозяева и гости остались в тени развесистого ореха рядом с мазанкой. Часок-другой, пока царит зной, напрягаться не стоит.

– Всеслав Ильич, а вы раньше по какой части работали? – Ольга Николаевна собирает посуду.

– Учился в предпоследнем классе. – Славке лениво даже шевелить языком.