Стыдно не будет

— Ага, вижу, — Демин вновь листает фотки с одной, довольно откровенной, фотосессии по кругу, все быстрее и быстрее нажимая стрелочку на клавиатуре, пока они не замелькали, сливаясь в одну большую размытую картинку: — И где они еще выложены? — нейтральным тоном, типа «передай соль, пожалуйста». Мне становится смешно, суровый такой мужчина на моей кухне. Еще немного — и я отхвачу, мало не покажется.

— Нигде, они только для личного пользования. Была низкая самооценка, я хотела себе ее поднять. Таким вот образом.

— У. Тебя. Низкая. Самооценка, — проговаривает медленно, берет со стола и прикусывает зубочистку.

Я там в красивом белье, фотосессия с элементами БДСМ, но только с элементами! Лишь на одной фотографии мои руки связаны толстой веревкой, и то понарошку. А так… бюстгальтер, плавки или боди — все прикрыто. Но работа действительно выполнена талантливо. Я когда впервые увидела результат, потеряла дар речи.

— Да, мне было грустно и одиноко. Рома, ну ты чего! — он не реагирует, — Нашел к кому ревновать! Этот фотограф — профи, он раньше в Москве работал, я специально туда летала. Клянусь, с его стороны вообще никаких намеков не было.

Он ни разу даже не коснулся меня.

Демин молчит, губы сжал. Блин, блин! Вот это я маху дала, надо было все тихонько удалить и забыть. Кто ж знал-то? Продолжаю:

— Ром, ну что ты в самом деле! Нашел из-за чего злиться. Я тебе честно говорю. Ты в это время вообще женат был.

— Так у него эти фоточки тоже остались?

— Нет, они остались только у меня. В договоре пункт был прописан, он удалить все. Рома-а-а, он женат, у него не так давно ребенок родился. Хочешь, покажу в инсте? Там такие фоточки, я со слезами восторга рассматривала! — по взгляду понимаю, что не хочет.

 — Зачем ему мои старые фотографии? И кстати, он больше не снимает. В Сочи сейчас живет.

— Хорошо. Пусть там и живет, — Демин обнимает меня одной рукой и легонько щипает за задницу.

— Ай! За что? Я тогда с тобой даже знакома не была, между прочим! Требую адвоката.

— Непременно, Яна. Двух адвокатов. Красивые фотографии, молодец! Снимай труселя, пойдем мириться, — он встает из-за стола и идет в спальню.

— А мы что, поссорились? — растерянно развожу руками.

— Да, блин! — уже из комнаты. — Самооценку она себе поднимала, низкая она у нее, — себе под нос, но я разбираю слова и едва сдерживаю смех.

— Ого, Рома! — опасливо заглядываю в комнату. Демин уже раздет, все еще недоволен, но уже готов. И мне бы замолчать по-хорошему, но… — Кажется, кому-то фотографии все же понравились, — оглядываю его всего. Он хмурится. — Пришлись по вкусу, да-а? — встаю так же, как на одном из снимков, переплетаю руки и поднимаю выше, будто они связаны.

— Вот это ты сейчас зря-я-я, — тянет он, расплываясь в нахальной улыбочке.