Судьба № 5

Он спускался по узкой лестнице, скудно освещенной полудохлыми лампочками, и мысленно чертыхался. Не стоило поддаваться на Дашины уговоры. Она вполне могла бы сходить в это чудное заведеньице и без него, с одной из своих многочисленных подружек, а он бы тем временем повалялся с книжкой на диване.

Клим уже приготовился увидеть ужасный интерьер в духе «А мы пережили ядерную войну!», но за очередной похожей на люк дверью оказался неожиданно просторный и роскошный зал, по контрасту с «военной» лестницей выглядевший просто потрясающе. Выходило, что те, «кто пережил ядерную войну», устроились с максимальным комфортом. Даже эстета и эпикурейца Виктора во внутреннем убранстве клуба устроило бы абсолютно все, но Виктор показ проигнорировал, а Клим изначально был настроен негативно, поэтому восхищаться и хлопать в ладоши не спешил.

Почтенная публика, по большей части представители богемы и шоу-бизнеса, прохаживалась вдоль длинного, обитого темно-зеленым бархатом подиума. Разговаривали в основном шепотом, попивали французское шампанское, пребывали в эстетском томлении. Клим общего ажиотажа не разделял, заграбастал с подноса бокал шампанского, уселся в кресло."

"– Ну что же ты, Климушка? – зашипела Даша. – Тут такие люди, а ты…

– Какие люди? – Он обвел зал раздраженным взглядом, никого особенного не увидел. Парочка кинокритиков, с десяток дизайнеров, тройка-другая «папиных дочек», один новомодный писатель, переквалифицировавшийся в литераторы из виноторговца, разномастная свита. Может, «такие люди» еще не подошли?..

– Дундук, – проворчала Даша, впрочем, не слишком сердито, – ну и сиди тут сиднем, а я пошла.

Она поправила складки на платье, критически осмотрела свое отражение в огромном напольном зеркале и упорхнула. Клим понаблюдал, как Даша обменивается поцелуями и взаимными комплиментами с одной из «папиных дочек», посмотрел на часы. До начала показа оставалось двадцать минут. Скорее бы! Не то чтобы он воспылал любовью к моде, просто исходил из смысла одного афоризма – частички народной мудрости, гласившей – раньше сядешь, раньше выйдешь.

Алиса спускалась по крутой бетонной лестнице, щурилась от истеричного мигания полудохлых лампочек и проклинала все на свете. Во-первых, стоило сразу сообразить, что заведение с красноречивым названием «Блиндаж» и располагаться должно под землей, а это значит, что теперь до конца показа она будет страдать от приступов клаустрофобии и нехватки воздуха. А во-вторых, она надела длинное, слишком узкое платье и теперь, спускаясь по этой чертовой лестнице, чувствовала себя в нем стреноженной. Дизайнера, оформлявшего «Блиндаж», за одну только эту лестницу можно было бы дисквалифицировать.