Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

Но это не похоть.

Расстёгивая пуговицу на брюках, я услышала, как его дыхание участилось, почувствовала, как он напрягся, но не остановил меня. Ткань брюк расступилась, и мои пальцы скользнули под эластичный край трусов.

- Я влюбилась в тебя.

Его глаза расширились, зрачки стали огромными, почти полностью поглотившими радужку. Он замер, словно не веря своим ушам, но я уже освобождала его от ткани, выпуская на свободу его возбуждение. Он был твёрдым, как сталь, и горячим, как расплавленный металл, с лёгким изгибом вверх и каплей прозрачной влаги на кончике, блестящей в мерцающем свете свечей.

- Просто дай мне показать, насколько ты красив и желанен, - прошептала я, опускаясь перед ним на колени, чувствуя, как мягкий ковёр вдавливается в кожу.

Его пальцы снова впились в подлокотники, суставы побелели от напряжения, но он не сопротивлялся.

Я провела ладонью по всей длине, от основания к кончику, ощущая под пальцами каждую пульсацию, каждую прожилку. Большим пальцем я собрала каплю его возбуждения, а затем медленно облизала её, не отрывая взгляда от его лица, наслаждаясь его реакцией.

- Черт, - он задохнулся, произнеся услышанное ранее из моих уст слово.

Его грудь вздымалась чаще, а в глазах читалась смесь шока, неверия и неутолимого желания. Я убрала рыжие пряди за ухо, чтобы они не мешали, и опустила голову.

Первое прикосновение моих губ к его головке - горячая, бархатистая плоть слегка подрагивала под моим прикосновением. Он резко дёрнулся, его бёдра непроизвольно приподнялись, а пальцы впились в подлокотники кресла, оставляя вмятины на дорогой ткани. Я медленно обхватила его губами, ощущая, как напряжённая кожа скользит по моему языку, втягивая его в себя сантиметр за сантиметром. Его тело дрожало, как натянутая струна, а по ногам пробегали мелкие судороги.

Когда мой язык скользнул по чувствительной уздечке, исследуя каждый миллиметр, он застонал так громко и протяжно, что эхо разнеслось по комнате. Его голова запрокинулась назад, обнажая мускулистую шею, где пульсировала жилка и лиафрит, резко и ярко вспыхнувший на его коже.

- А-алисса... — его голос звучал хрипло, срываясь на полутонах."

"Я взяла его глубже, чувствуя, как он заполняет мой рот. Одной рукой я сжала основание, ощущая под пальцами пульсирующие вены, другой скользила по его животу, где мышцы напрягались, как стальные тросы. Он был солёным, с лёгким привкусом кожи и чего-то неуловимо мужского. Каждый его стон, каждый прерывистый вдох, когда он пытался сдержаться, только подстёгивали меня.

Когда я опустилась до самого основания, его пальцы впились в мои рыжие волосы - не направляя, не требуя, просто цепляясь за них, как утопающий за соломинку. Я отстранилась, оставив во рту лишь кончик, и посмотрела вверх, встречаясь с его взглядом.