Связанные судьбой

– Ну конечно! Конечно, она это предложила.

– Что-то мне не кажется, что вы сильно переживаете по поводу ее здоровья.

– Потому что нет причин для беспокойства. Будь такая причина, вы вытащили бы меня из лавки и сразу бы все рассказали.

Она довольно быстро уловила суть."

"Гренвилл был весьма удивлен ее напористостью, когда Шарлотта задавала вопросы в парфюмерной лавке. Ей не доставало хитрости, но она, безусловно, обладала проницательностью. Когда Шарлотта впервые озвучила ему свой план, Пирс был против, но сказал себе, что причин для беспокойства нет.

Но затем девушка влезла к нему в окно и он пересмотрел свое отношение. Возможно, причина для беспокойства все-таки имеется. На самом деле, если не проявить осторожность, кто-нибудь может очень серьезно пострадать.

Шарлотта сжала кулачки.

– Теперь мы останемся наедине по меньшей мере на весь следующий час. Френсис будет брызгать слюной, распуская сплетни. – Она отодвинулась от него и села на уличную скамью. – Нельзя, чтобы нас приняли за парочку влюбленных.

Пирс сел рядом.

– Не могу же я уйти. Нельзя оставлять вас одну в незнакомом городе.

– Просто не садитесь слишком близко. – Шарлотта отодвинулась на дальний конец скамьи. – И не смотрите в мою сторону. И, главное, не обнюхивайте меня.

– Может, мне…

– Нет. – Она побарабанила пальцами по подлокотнику. – Это действует мне на нервы. Да-да, у моей матери нет чувства стыда. Она хуже, чем просто бессовестная женщина.

– На мой взгляд, она лишь хочет обеспечить ваше будущее.

Шарлотта покачала головой.

– Это навязчивая идея. У нее что-то не в порядке с головой.

– Нет, все в порядке.

– Говорю же вам, она ненормальная. Настоящая сумасшедшая.

– Нет, – еще более энергично запротестовал Пирс. – Это не так.

– Я знаю, что права. Она все-таки моя мать.

– Верно, но она совсем не похожа на мою мать, которая действительно сошла с ума. Так что у меня есть возможность вполне здраво судить об этом.

– О, Пирс! – Она опять пересела на середину скамьи. – Это ужасно.

– Все в прошлом. С того момента прошло много лет.

– Но ужас не забыт.

– Потом случалось нечто и более ужасное.

Шарлотта пристально посмотрела на него.

– Но тот случай так и остался ужасным. Не важно, кто вы теперь или как давно это произошло. И не притворяйтесь равнодушным. Вы не упомянули бы об этом, если бы оно не причиняло вам боль. А что случилось?

Гренвилл изложил только факты.

– Мать была больна уже давно, с тех пор как я помнил ее еще ребенком. Резкие перепады настроения – неистовое оживление сопровождалось неделями депрессии. После нескольких лет страданий она умерла во сне.

Просунув руку ему под локоть, Шарлотта тихонько вздохнула.

– Она умерла и успокоилась, – сказал Пирс.

Смерть как избавление? Возможно.