Свидетельница

– Мы все отдадим, – поспешила уверить я. – Игорь шубу брал в рассрочку, так я верну.

– Да перестань, Свет, ты с этой шубой… Носи на здоровье.

– Нет, я верну, – поспешно отказалась я. – Она не подошла мне, и вообще… Я принесу вечером.

– Не возьму я! – обиделся Горин. – Что ты мелочишься, Светка, как будто мы чужие. Сказал, помогу, значит, помогу. Не последний кусок доедаем.

Элла села в машину, и мы поехали.

– Бедная Ксения, – запричитала Элла, – на ней лица нет. А эта вульгарная девица устроила такой цирк…

Ни я, ни Горин не поддержали этих причитаний. Ехали молча до самого дома."

"Адвокат появился в конце недели. Причем нашел он меня в школе, что было совсем уж ни к чему. Еще не хватало, чтобы об этой истории узнали на работе. Мы сели в его машину. В салоне хорошо пахло, я это с облегчением отметила. Терпеть не могу, когда в машине накурено. Я попросила заехать в детский сад. Адвокат сразу начал задавать вопросы.

– Светлана Николаевна, у вас не возникало ощущения, что… вы не всегда понимаете своего мужа?

Я подумала.

– По-моему, это естественно. Он мужчина, я женщина. Какое уж тут понимание?

– Ну да, ну да. Но вот в последнее время вы не замечали за мужем каких-нибудь странностей?

Я уставилась на адвоката. Это был крупный, с одышкой, мужчина. Его лысина упруго поблескивала. На вид – умный и опытный адвокат. Но вопросы его меня сразу стали раздражать. Я догадалась, что он изначально взял неправильное направление. Он уверен, что Чернова действительно убил Игорь!

– Вы считаете моего мужа странным? – спросила я. – Да он в ситуацию попал странную! Вам не кажется?

– Понимаете, дорогая Светлана Николаевна, какое дело… Чтобы правильно построить защиту, адвокат должен знать о своем подзащитном всю правду. Все как есть. А мне показалось, Игорь Петрович что-то не договаривает. Он не хочет рассказать мне правду.

– Но почему вы так решили? – насторожилась я.

– Да уж поверьте, я старый вояка и за версту чую, когда человек виляет. Игорь Петрович или не доверяет мне, или он в чем-то виноват.

Мне стало неуютно. Мы стояли напротив детсада. Прямо перед нами светились окна второго этажа. Я видела крупную фигуру логопеда и кукольную – Иришки. Обе они размахивали руками, как две глухонемые.

– Мой муж не мог убить человека, – сказала я. – И вы должны это доказать.

Адвокат вздохнул.

– Что я и пытаюсь сделать, – продолжал он. – Для этого я хотел бы узнать телефоны всех знакомых вашего мужа. Игорь Петрович сказал, что они в синем блокноте в его рабочем пиджаке.

– Да, да… Заедем домой, я отдам вам блокнот.

– Самое плохое, что нет алиби. Никто из тех, с кем я побеседовал, не мог сказать, где был ваш муж вечером седьмого марта. А сам Игорь Петрович, кроме «гулял по городу», ничего существенного не придумал. И мне это не нравится.