Свидетель, не увидевший свет

– Лева, ты на месте? – послышался голос Орлова – Оба с Крячко ко мне!

– Пошли, есть о чем поговорить. – Гуров подтолкнул Крячко, и они вместе пошли в кабинет Орлова.

Генерал-лейтенант выглядел плохо. Создавалось впечатление, что прошедшая ночь была бессонной для них всех. Но из троих лишь Гуров выглядел наиболее свежо. Он был, как обычно, гладко выбрит, тщательно причесан и одет с иголочки, будто не по кладбищу ночью шастал, а готовился фотографироваться на новое удостоверение.

Крячко – тоже как обычно – был взъерошен, в измятой рубашке, пуговицы которой были расстегнуты чуть не до живота по причине жары, и уж, конечно, он не заморачивался тем, чтобы бриться каждый день.

Что касается Орлова, то его плохой внешний вид был, в первую очередь, связан с самочувствием. Петр Николаевич был бледен, его мучила одышка и обильное потоотделение, несмотря на установленный в кабинете кондиционер.

Однако Орлов не стал жаловаться на недомогание; поздоровавшись со своими сыщиками, он кивнул им, побуждая к разговору.

– Вот материалы по кавказцам, – показал на папку Гуров. – Фамилии их – Джафаров и Магомедов.

– А что вообще за красавцы? – осведомился Орлов.

– Вообще отморозки отъявленные. Оба азербайджанцы, состояли в Баку в одной банде, потом что-то не поделили, перестрелялись со своими подельниками, взяли «общак» и свалили. По дороге, когда их тормознули, убили гаишника… Дальше пришлось менять машину, они угнали одну, проехали несколько километров и угнали следующую… Долго так кататься было опасно, в одном гараже договорились о перебивке номеров.

– Подожди, а зачем им это? – перебил Орлов. – Они же прихватили «общак», сумма должна быть немаленькая.

– Ну, во-первых, они, что называется, поиздержались в дороге, – усмехнулся Лев. – Во-вторых, они наркоманы, оба на «коксе» сидят. Может, еще и поэтому такие безбашенные. Промышляли игорным бизнесом, находили лохов типа этого Сережи Никитенко, с которого можно было что-то поиметь, чаще всего выпытывали, есть ли жилплощадь.

– И что, убивали?

– Да, – вздохнул Гуров. – Убийство Нади Косаревой – как минимум третье на их счету. У одного мужичка жену убили, у другого – сестру…

– И что, они все молчали? – Возмущению Крячко не было предела. – Их родных убивают, а они молчат?

– Стас, они боялись. У них и другие родные оставались. Предпочитали платить. То есть эти скоты брали наглостью, нахрапом. Запугивали насмерть, наверняка.