Счастье по-драконьи

Бастиан двинулся к провалу, увлекая меня за собой.

Шаг. Другой. Мои туфельки оторвались от земли…

Нет, я знала, что не упаду, – была твердо уверена. Но того, что случилось, не ожидала.

Под нашими ногами появилась прозрачная дорожка, сотканная изо льда и инея, и плавной широкой спиралью устремилась в небо. В ту же секунду одна рука Бастиана легла мне на талию, другая подхватила ладонь, и мы закружились над пропастью, снегом, льдом, голубыми кристаллами цветов, поднимаясь все выше и выше – к огромной серебристой луне. Едва касаясь дорожки, точно паря в воздухе.

Музыка закончилась. Мы остановились, учащенно дыша и не сводя глаз друг с друга. И в это мгновение где-то вдали, будто в другой жизни, раздались тяжелые мерные удары.

– Часы бьют полночь. Новый год наступил, – улыбнулся Тейдж. – По-норхолдски, естественно, но разве это имеет значение? Главное, у нас получилось встретить его вместе.

Я была полностью и безоговорочно с ним согласна.

– С Новогодьем, Лина.

– С Новогодьем…

Замялась, и магистр мягко подсказал:

– Бастиан. Тебе не кажется, что давно пора называть меня на «ты» и по имени? Я, собственно, еще в первый день это предлагал, ящерка, когда обнаружил тебя в своей постели. Но ты тогда заупрямилась и отказалась. А вот сейчас, по-моему, самое время, как считаешь?

– Считаю, что вы правы… Ты прав. С Новогодьем, Бастиан.

Глаза дракона довольно сверкнули, плеснули расплавленным золотом, и он весело произнес:

– Ну вот, часы только что пробили, а одно мое желание уже исполнилось. Пора переходить к следующему.

– А их еще много?

– Целый список, – заверили меня. – Но мы не будем торопиться, подойдем к вопросу со всей ответственностью. Что там еще полагается делать на Новый год?

– Целоваться, – брякнула я. Смутилась и поспешно добавила, надеясь исправить ситуацию: – Под омелой… Обычай такой.

Но магистр на мое смущение не обратил никакого внимания.

– Обычаи надо соблюдать. Обязательно, – заявил он убежденно. – Под омелой так под омелой. Сейчас…

Магические светлячки, до этого мирно летавшие вокруг, собрались над нашими головами, выстраиваясь в знакомую веточку, густо усеянную мелкими ягодами.

– Подойдет? – чуть насмешливо поинтересовался Тейдж и, не дожидаясь ответа, потянулся к моим губам, послушно приоткрывшимся ему навстречу.

Поцелуи. Нежные, ласковые, осторожные. Страстные, пылкие, жадные. Короткие, почти торопливые и долгие, глубокие. Сколько их было в эту ночь, трудно сказать.

Мы целовались, целовались, целовались, зависнув где-то между небом и землей. Голова кружилась, ноги подкашивались, я растворялась в необычных, неведомых раньше ощущениях. И были они такие горячие, острые и сладкие одновременно, что дух захватывало.

В общежитие я вернулась только под утро.