Таежный гамбит

 — Наверняка стрелять можно, только ежели близко подойти. А в таком случае нету разницы — винтовка, ружье ли. Жакан — он так изурочит грудь, что никакие врачи не спасут.

Пронин вынужден был признать правоту парня.

… Едва третий караул, Пронин и Межиров, выстояли свои три часа, как показался краешек тусклого таежного солнца. Разбудили спящих, наспех поели, умылись в ручье и пошли.

— Сейчас пойдут болота, — предупредил Васятка. — Они с виду неприметные, да оттого только опаснее. Чуть оступишься — скроет с головой!

— Ну вы подскажете, в каком месте обойти? — улыбнулся Межиров.

 — Не зря ведь староста вас провожатыми дал.

— Да вы не горюньтесь, ваше благородие, — вступился Семка. — Васятка он так, для словца болтает. Со мной вы ни в какое болото не угодите, я тут кажную тропку помню!

— Тоже мне, нюхач[49] сыскался! — проворчал себе под нос Васятка и зашагал насупившись.

— Вот за этим утесом и болотца, — Семка показал на открывшуюся впереди за поворотом и тяжело нависавшую над тропинкой каменную глыбу. — Вы все отметьте, чтобы потом, когда отряд пойдет, не угодить в них.

Межиров с Прониным принялись вешить тропинку, Чухно вытащил из мешка планшет и набрасывал кроки. Семка с Васяткой зашагали дальше, за утес…

— Стоять на месте! — раздалось откуда-то сверху, внезапно и оглушительно громко. — Руки! Кто такие!

Офицеры замерли, нехотя подняли руки и головы. На утесе вырос одетый в полушубок здоровенный детина с винтовкой.

— Влипли, господа, — шепнул своим Межиров. — Теперь только умереть достойно.

— Да, сдаваться нельзя, — согласился Пронин.

 — За себя уверен, за парнишек не очень.

— Не шептаться, ваши благородия! Ближе подойдите! — скомандовали с утеса. Офицеры увидели, что на утесе рядом с детиной возник «максим» и пулеметчик разворачивет ствол в их сторону."

"— С чего вы взяли, что мы благородия? — пробовал отшутиться Пронин. — Мы межевики, стараемся для местной артели.

— Бесполезно, Сергей Викентьевич, — шепнул ему Межиров. — Нельзя попадаться. Прощайте! — он выхватил из-за пояса наган и выстрелил в детину.

Срывая с плеча карабин, отпрыгнул в кусты. Детина полусогнулся и присел, чертыхаясь. Пулеметная очередь просвистела над головой Пронина, резанула по кустам. Он прыгнул в сторону и ударился головой о корягу. Пробуя вытащить наган, потерял сознание. Пользуясь замешательством красных, Чухно успел сорвать карабин и выстрелил в пулеметчика. Передернул затвор, прицелился, но упал, сраженный выстрелом из-за утеса. Оттуда бежали двое красноармейцев в шинелях и с винтовками наперевес.