Танец с вампиром

Поклялась не давать козырь в руки ее врагу…

Михаил склонился к девичьему лицу, приятно царапая щетиной кожу на щеке, но не позволил себе больше легкого поцелуя в висок. Практически невесомого и неощутимого.

– Я хочу жить своей жизнью. Не зависеть от мнения других. Я всегда этого хотел и не скрывал. Разве ты не хотела того же самого?

– Хотела, – согласилась Эля, откашливаясь.

– Представь, как трудно добиться свободы, – говорил тихо Михаил, покачивая свою княгиню в танце. – Второе тысячелетие я бьюсь за это. Когда-то мне удается добиться десятилетия или даже сотни лет вдали от грызни. И сейчас нам представился шанс. Тебе и мне. Так почему я должен отказываться от него? Почему ты должна отказываться? Что ты теряешь? Возможность называться Светлой княгиней? Жить в улье, где у тебя нет никого?

– Я не теряю ничего, – согласилась Эля. – Но вот ты… – она осмелилась поднять взгляд.

– Я обретаю настоящую свободу и тебя.

– Да, но при этом теряешь власть.

– Я не прочь расстаться с креслом и кабинетом. Никогда их особо не любил.

– Врешь, – произнесла юная княгиня, поймав Михаила на лжи.

– Вру, – согласился он. – Мне нравилось наблюдать за людьми с высоты. Они мелкими букашками сновали у меня под ногами.

– Вот теперь я тебя узнаю, – произнесла Эля, скользя ладонями по мужским предплечьям и пытаясь отстраниться.

Светлый князь пресек ее попытку.

– Мелодия еще не закончилась, – произнес он.

– Ее и не было, Михаил.

– Была. И есть. В моей голове. Мы еще танцуем, – ответил он, нарушая всяческие границы дозволенного, прижимаясь щекой к девичьему виску, и, не скрываясь, вдыхал аромат волос княгини.

– Я так могу подумать, что тебе нравится происходящее.

– А разве я когда утверждал, что мне претит твоя компания?

– У меня такое чувство, что ты загоняешь меня в ловушку, – призналась Эля. – Довольно умело, хочу признаться. Я не чувствую в твоих словах лжи и даже… ощущаю какое-то расположение.

– Значит, я все делаю правильно, – ответил Михаил. – Так чего ты хочешь, моя княгиня?

– Я не хочу быть княгиней, – произнесла она воинственно. – Не хочу быть приложением к тебе. Не хочу жить там, где меня каждый считает врагом только потому, что я родилась в другом улье. Не хочу бояться, что в какой-то момент я могу потерять кого-то из дорогих мне существ лишь по причине каприза или плохого настроения.

– То есть я тебе дорог? – вампир прервал Элю.

– Я такого не говорила, – сразу же ответила она.

– А как же “кого-то из дорогих мне существ”?

– Это может быть кто угодно, кем я дорожу.

Пара уже несколько секунд просто стояла в объятиях.

– Нет. Была оговорка про каприз или плохое настроение.

– И что? – упрямилась вампирша.

– Ты явно говорила обо мне и о своем отце.