Телохранитель. Мы под запретом (СИ)

—Поможешь, да?

—Не сомневайся даже, — ухмыляется и впивается в меня болезненным поцелуем, одновременно с этим толкая меня на себя. Мы падаем на кровать, теперь я сверху, переплетаемся руками и ногами так крепко, что сложно дышать. Мы дышим друг дружкой, перенимая каждый вздох друг дружки.

Меня на части рвет от желания, внизу живота давно открытый огонь, испепеляющий плоть. Я приподнимаю бедра, а Женя направляет член в меня, и я тут же впускаю в себя толстую головку, разлетаюсь на части от всепоглощающего чувства наполнения. Рывком опускаюсь и со стоном выдыхаю в губы Жени.

Растягивающее чувство внутри меня сносит сознание. Я содрогаюсь от спазмов, покалывающих ощущений в груди, но все же начинаю двигаться. Вверх, вниз. Каждый толчок — на разрыв аорты. Никакой боли как в первый раз, сейчас лишь чистое наслаждение.

С особым трепетом слежу за тем, как крупный член скрывается во мне и снова показывается, поблескивающий от соков.

—Помедленнее, малыш, не торопись, — просит мой телохранитель, смещая руки на грудь.

—Не могу, хочу больше, — шепчу в агонии, на что получаю сдавленный рык.

Хочу глубже и сильнее, резче!

—Я тоже. Но хочется растянуть. Не торопись, — меня опаливает взгляд темных глаз, подернутых огненной дымкой.

Я мучительно медленно поднимаюсь и опускаюсь на стоящий колом член, мечтая только о том, чтобы ощущения не прекращались. В голове атомный взрыв. Цепляюсь руками за плечи Жени и слегка меняю угол наклона, так, что теперь грудь скачет перед лицом мужчины, а моя способность мыслить здраво разлетается от очередной волны возбуждения, ударяющейся вниз живота.

Ощущения усиливаются с изменением позы, незначительные движения приносят больше разрывающего грудину желания.

Женя направляет мои бедра так, что теперь мы больше тремся друг о дружку, а от создаваемой вибрации мое тело плавится, и я замедляюсь, уловив этот пик. Слезы брызгают из глаз, и я со стоном оседаю на грудь Жени.

—Ну вот видишь, необязательно грубо трахаться, чтобы получить наслаждение.

Я продолжаю содрогаться, всем телом опускаясь на своего мужчину. Нет сил даже на то, чтобы глаза открыть. Отпускает не сразу, такое безмятежное состояние…

—Как хорошо, — шепчу ему в губы, улавливая довольную улыбку."

"—Сейчас будет еще лучше, — он переворачивает меня на спину, раздвигая ноги максимально широко. Теперь во мне нет стеснения, я с особым наслаждением принимаю все ласки, обмякнув на влажных простынях, пахнущих нами.