Твой шёпот в Тумане

У него всяко ума побольше моего будет. — Я встречала её в тумане. Мёртвую. И тень. Это так странно. Она звала с собой, жаловалась, что очень хотела жить. Я и не поняла тогда, что её убили. Подумала, что сама она в гиблое место зашла. Она так и шептала, что туман кругом и спасения нет.

— Её убили, — вард сильнее прижал меня к себе, — как и остальных, перерезали спинные позвонки.

— Гуроны?! — ужаснулась я. Все были наслышаны об этом племени монстров. — Но они живут далеко отсюда.

— Думается, эти пришли по нашу душу и решили действовать исподтишка.

Мне стало так страшно. Сколько же бед на наши головы.

— Вы, богачи, власть делите, а страдают простые люди. Моя сестра ни в чём не виновата перед вами, а её в расход пустили, как мясо.

— Ты ещё меня в её смерти обвини, — рыкнул Вульфрик.

Я отрицательно покачала головой.

— Приличные девушки дома сидят…. - начал было северянин."

"— Не смейте, — тихо перебила я его, — вы не знали Лестру. Не знали, как мы жили, не вам её судить. Я никому не позволю отзываться о ней плохо. Она просто хотела лучшей доли. Мечтала, как и любая молодая женщина. о семье, о муже и детях. Она устала. Мы поругались. Эмоции завладели разумом и она ушла. Я уверена, она бы не оставила нас. Несмотря на её тяжёлый характер и острый язык, Лестра нас любила и не бросила бы. Так что никогда не смейте отзываться плохо о ком-либо из моей семьи. Я никому не позволю мешать имя моей Лестры с грязью и чернить её помять. Никому, даже вам вард.

— Я запомню, — не зло проговорил Вульфрик, — это даже хорошо, что так рьяно семью защищаешь. У нас преданность ценят.

— Мне всё равно, что у вас ценят, — устало вздохнула, глядя на центральные врата, — я просто хотела, чтобы моя сестра жила. А сейчас я хочу, чтобы ее убийцы получили своё.

Рука, покоящаяся на моём животе, дрогнула. Склонившись, вард подбородком отвёл прядь волос, прикрывающую моё ухо, и очень тихо шепнул.

— А давай заключим сделку: я тебе головы убийц твоей сестры, а ты перестанешь дерзить, и хотя бы не будешь мне мешать создавать нашу семью.

Я открыла, было, рот, чтобы высказаться по поводу всего происходящего в целом и его предложении в частности, но не проронила ни слова. Во мне с безумной силой вспыхнула жажда мести. А что? Я ведь всё равно ничто против варда. Он сделает так, как желает. Но сейчас, в эту секунду, я могла потребовать кары для убийцы моей сестрёнки. Она хотела жить, хотела быть счастливой, быть матерью и женой.

Да, она эгоистка. Да, думала больше о себе, но она моя сестра. Я была за неё в ответе.

— Как я узнаю, что это именно убийцы Лестры? — уточнила я.

— Сами скажут. Я их головы тебе в живом виде предоставлю, ещё болтающимися на шеях.

— А потом убьёте так же, как и они Лестру? — что-то кровожадное в моей душе нашёптывало условия.