Тетушка против

Рауль усмехнулся, даже отчасти гордясь глубиной своего падения.

— Потому что до смерти боюсь потерять вас.

— Вы бы поосторожнее со словами… — попросила она по-прежнему странно, ломко и тонко, раскуталась из одеяла, подвинулась ближе, укрывая и Рауля тоже, обняла его и притихла, уткнувшись носом в бархат на его груди. Тепло моментально сменилось жаром, и стало понятно, что он тоже замерз, измучился, перепугался, устал от переживаний и беготни с сундуком, и больше всего на свете сейчас нуждается в этих объятиях. Накрыл рукой макушку Пруденс, перебирая ее волосы, и наконец-то выдохнул, расслабляясь.

— Вы уж больше не думайте лишнего, — сонно попросила она, — куда я от вас… ресницы, опять же…

И засопела, навалившись тяжелее. Он улыбнулся — в глазах защипало — и поцеловал растрепанную, чуть вспотевшую макушку.

***

Завтракал Рауль в постели, твердо намеренный вообще не вставать в этот день, чтобы опять чего не случилось. Спина немного ныла от долгого сидения на полу: Пруденс разбудила его лишь на рассвете, чтобы отправить наверх.

И теперь, наслаждаясь горячими булочками и контрабандным шариком холодного масла (сестрам в столовую, поди, не подали), он жмурился на солнце и раздумывал о том, как же половчее сообщить городу о мезальянсе.

Коротко постучав, в спальню вошла Пруденс в одном из домашних платьев, которое он ей купил. Удачный цвет и отличный крой — бессознательно отметил Рауль, радуясь тонкости своего вкуса.

— Вы еще не закончили? — с важным видом человека, пришедшего исключительно по делу, спросила Пруденс и пояснила без всякой необходимости: — Я хотела забрать поднос, Теодор занят, обучая Пьера…

— Соскучились? — спросил он, по-идиотски улыбаясь.

Она вспыхнула — и без того пышущие здоровым румянцем щеки совсем заалели, — бесцельно прошлась у изножья кровати, рассеянно трогая столбики балдахина. Рауль наблюдал за ней с интересом.

— А своих сестер, — спросила она, внимательно разглядывая резьбу на дереве, — вы намерены пригласить на венчание?

— Ни за что, — без раздумий ответил он. — Я дышать-то лишний раз боюсь, не то что устраивать переполох в собственном доме. Полагаю, они смогут пережить это известие после.

— Все не по-человечески, — пробормотала она. — А к поверенному поедем?"

"— После, Пруденс, все после. К счастью, ни у одного из нас нет состояния, чтобы составлять брачный договор. Бедняк женится на бесприданнице, экий парадокс!

— Смешно, — без тени улыбки согласилась она.

— Зато подумайте вот о чем, — он похлопал по простыне, — уже завтра ночью вы будете спать здесь, рядом со мной.

Или не спать — упоенно подумал он, но не решился озвучить это вслух, Пруденс и без того в его сторону не смотрела.