Золушка вне правил

Дормез уже стоял у крыльца, зрелище было ещё то - тяжелая, большая карета с высокими колесами, из крыши торчит загнутая назад металлическая печная труба, неистово дымящаяся сейчас. Почему- то мне пришло в голову сравнение с самоваром на колесах и это так насмешишь меня, что я громко фыркнула. Настроение улучшалось стремительно.

Услышав мой смешок, Ганс проворно открыл дверцу, опустил вниз подножку, подал руку. Я устроилась на диване, следом влезли, хихикая, Ульрика и Аништа. Мы тронулись и путешествие началось. В карете было тепло, видимо, Ганс кочегарил печурку с самого рассвета. Поэтому минут через десять я сняла верхнюю одежду, оставшись в теплом дорожном платье. Но вот теплые сапожки снимать не стоит, система полов с подогревом здесь не была предусмотрена.

Особых впечатлений поездка не производила, не на что было смотреть, кроме заснеженной равнины. Изредка промелькивали небольшие деревушки, мелкие городки. Впрочем, в германских мелких государствах, как мне помнится, небольшие городки от деревушек отличались только количеством домов и наличием островерхого купола кирхи да бургомистрата. Те же узкие, высокие дома в два- три этажа из камня, черепичные красные или коричневые крыши, булыжные мостовые, узкие улочки.

Ехать лично мне было комфортно, мягкий диван с откидывающейся спинкой на ночь превращался в спальное место, узковатое, но терпимо. На втором диване, чуть пошире моего, вдвоем ютились девчонки. Имелся и складной столик, крепившийся к стене. Печурка между диванами давала ровный обогрев. К обеду все равно, несмотря на плотный завтрак, проголодались все, и я приняла решение. Разогреваем блюда и кипятим чайник и по одному приглашаем мужчин в карету поесть и согреться, остальные или подменяют (кучера, например), или ведут свободного коня за поводья.

На обед нам была упакована гречка с котлетами, салат и пирожки. Чай мы вскипятили сами, добавив в вазочку мед. Наши сопровождающие оценили заботу о них, сказав, что ещё никогда не путешествовали с таким комфортом - и погреться можно и поесть горячего вкусного. Часа через два остановились покормить лошадей, неподалеку росли какие- то чахлые кустики. Пока одни подвешивали лошадям торбы с овсом, другие быстро сбегали к этим кустам, принесли валежник и развели костер. Подвесили ведро, набили снегом и принялись топить снег до теплой воды - после зерна надо было лошадкам попить воды. При этом мужчины ещё подвесили небольшой котелок и потом что- то пили оттуда с наслаждением. Я испугалась, что они напьются снеговой воды и будут маяться животами, мало ли. Но Аништа меня успокоила - никакая это не снеговая вода.

Оказывается, моя экономная повариха, когда отваривала куриц для шаурмы, излишки бульона выливала в глубокую миску и замораживала его.