Тренинг для любовницы

Почему Гасан резко отвернулся от своей невесты, с которой его связывали тесные и теплые отношения? А если это даже было и не совсем так (Лила могла преувеличивать силу чувств своего жениха), то все равно Гасан ходил в женихах целых пять лет. И отвернуться от девушки в тот момент, когда она потеряла горячо любимого брата… Это ли не жестокость?

Так что же произошло?

— Давай телефон своего жениха, мы позвоним ему сами, — решила Кира.

— А вы спросите?..

— Мы душу из него вытряхнем! А если не у него, так у Сафара выведаем.

— Он вам не скажет.

— Нам нет, но Эмину запросто проболтается.

— А у него — кто?..

— У него Тома вытянет.

В голосе Лилы забрезжила надежда.

— А она захочет? Мы ведь с ней почти незнакомы.

— Тома захочет! — заверила ее Кира.

И она сама искренне верила в то, о чем говорила. Женская солидарность — великая вещь. И когда женщины не делят между собой одного мужика, они друг за дружку буквально горой стоят.

— Все будет в порядке! Вот увидишь!"

"Гасан оказался очень даже симпатичным молодым человеком. Пожалуй, лет на пять-семь постарше Лилы. Говорил также без акцента, и о кавказских корнях в нем напоминало, пожалуй, только его имя и форма носа. А вот характер у Гасана оказался сложным. И если, услышав про убийство Алены, он охотно согласился встретиться с представителями (как он считал!) правоохранительных структур и даже сам выразил такое желание, то о своей личной жизни молчал, как партизан.

— Алену я знал только как жену своего друга, — объяснял он подругам. — Не очень хорошо. У нас с ней ничего быть не могло. Я же не последняя собака, чтобы так поступать.

— Но все равно ты же должен был с ней как-то общаться? Разговаривать?

— Зачем? — искренне удивлялся в ответ мужчина. — Я же вам объясняю, у нас с ней быть ничего не могло!

Похоже, Гасан относился к тому, увы, не редкому типу мужчин, которые воспринимают женщину исключительно как объект сексуального интереса. Только так! Так стоит ли такое «сокровище» возвращать Лиле? Но подруги дали ей слово попытаться наладить ее личную жизнь. А дал слово — держи!

Но начали они издалека. С расспросов о семье Саида. И обсудив брак его родителей, его собственный брак, они плавно перешли на сестру лучшего друга — Лилу. И тут Гасан снова онемел. У него даже лицо окаменело, словно у гипсовой статуи. И стало совершенно ясно, что можно его на части резать, он про Лилу и слова не скажет.

— Да, тяжелый случай, — вполголоса заметила Кира, когда Гасан ненадолго отвлекся на поступивший ему на сотовый звонок.

— Тяжелейший!

— Так он нам про свои претензии к Лиле ничего не скажет.

И подруги продолжили расспрашивать его про семью Саида, не упоминая Лилу.

— Но как вы думаете, она ему изменяла?

— Кто? Алена? Да вы что! — возмутился Гасан.