Три причины моей ненависти (СИ)

Она жила с Роном, работала в Министерстве и мечтала, что когда-нибудь, они смогут стать настоящей семьей. После того, как в результате формирования этой странной связи, она стала делить постель со своим бывшим школьным врагом, ее будущее стало настолько туманным, что ей до одури хотелось обратиться за предсказанием к профессору Трелони. Гермиона впервые в жизни не знала, что ее ждёт.

Девушка перевернулась на бок и тяжело вздохнула.

И мало Малфою было заполнить собой ее мысли, он методично приучал тело Гермионы к своему постоянному присутствию. Каждое касание его рук заставляло ее кожу пылать от желания.

Рон.

Что же было на самом деле между ними, если они так легко разошлись в разные стороны? Гермиона была уверена — она абсолютно точно любила своего парня. Любила ещё со школы. Рон же будто благосклонно позволял себя любить, а она этого совсем не замечала, ослеплённая своим желанием быть рядом. А может быть, это просто сказалось отсутствие опыта в отношениях, и девушка перепутала обычную привязанность с любовью? Разве бывает в любви такое, что один из пары периодически чувствует себя чужим в объятиях родного человека? Словно это неправильно.

Периодически Гермиона ловила себя на мысли, что так не должно быть. Словно это не она. Словно живет чужую жизнь. Может быть, действительно Рон и она просто предназначены для других людей?

Одно ясно точно — Малфой сделал все, чтобы показать насколько другой она может быть.

Может быть, он и цепляет ее этим ощущением чего-то неизведанного? Может быть, это просто желание узнать, на что ещё способно ее тело в его умелых руках? Как бы оно ни было, но почему-то именно с этим человеком ей хотелось хотя бы на секунду перестать быть Гермионой Грейнджер — образцом правильности и порядочности и сгорать.

Дверь ванной скрипнула, и Гермиона быстро закрыла глаза, пытаясь выровнять дыхание. Девушка ощутила, как правая половина постели прогнулась под телом Малфоя, и буквально через секунду, на ее талию опустилась его горячая ладонь.

— Я знаю, что ты не спишь, Грейнджер, — он скользнул носом по ее уху, щекоча дыханием шею, но она не ответила, лишь крепче зажмурив глаза.

Драко приподнялся, опираясь на локоть и замер, прислушиваясь. Гермиона старательно засопела, притворяясь спящей, чувствуя, как обжигает его ладонь сквозь тонкую ткань сорочки.

Он удовлетворенно хмыкнул, видимо, проверив, что она спит сладким сном и покрепче прижал ее к своей груди.

— Я докажу, что мне можно верить, Гермиона, — мягкий шёпот от которого по телу пробежали мурашки коснулся ее уха.