Три причины моей ненависти (СИ)

Что случилось?

— Все в порядке, — она демонстративно подняла повыше журнал, который бездумно листала, чтобы полностью спрятать от Драко своё лицо. Гермиона надеялась, что он поймёт тонкий намёк и, наконец, оставит её в покое.

— Нет, не в порядке, — он вырвал журнал из ее рук и с треском отшвырнул на низкий столик возле дивана.

— Эй, вообще-то я читаю! — она раздраженно фыркнула, когда журнал с треском стукнулся от поверхность стола. А Малфой оказался не очень то и сообразительным.

— Правда? — тон Драко стал обманчиво дружелюбный, и Гермиона слегка напряглась, ожидая очередную подставу — что-то раньше я не замечал в тебе особой любви к квиддичу.

Она молча уставилась на обложку журнала, который сиротливо лежал на столе и с силой подавила рвущийся из груди разочарованный вздох. «Квиддич для чемпионов». Черт, видимо она настолько увлеклась обдумыванием слов миссис Малфой, что по ошибке взяла любимое чтиво Рона.

— Что я могу сказать. Ты многого обо мне не знаешь, — она с важным видом вернула себе журнал и открыла ровно посередине. Отступать то уже некуда.

— Грейнджер, во имя Мерлина, прекрати этот цирк!

— Что ты от меня хочешь, Малфой? — она бросила журнал на диван и раздраженно вздохнула.

— Я хочу, чтобы ты мне объяснила что с тобой происходит. Почему ты ведёшь себя так, словно была на свидании с дементором?

— Послушай, я в полном порядке. Просто мне нужно время, чтобы обдумать все то, что происходило в последние несколько дней, — выпалила Гермиона на одном дыхании и замолкла, опасаясь, что он раскусит её не очень убедительную игру.

Но Малфой недоверчиво вглядывался в ее лицо ещё несколько мгновений, и, видимо, посчитав ее ответ достаточно правдивым, коротко кивнул вновь утыкаясь в книгу.

— Грейнджер, если моя мать тебе что-то наговорила…

— Нет! — нервно вскрикнула Гермиона, ловя на себе его удивлённый взгляд, затем добавила уже спокойнее. — Нет. Малфой, твоя мать очень милая женщина. Мне было приятно побеседовать с ней и…

— Ну-ну, — Драко скептически хмыкнул. — Уж я то знаю, на что способна моя матушка.

— …и я искренне не понимаю, как у такой милой женщины, получился такой, абсолютно не милый ты. — Закончила Гермиона, одарив его суровым взглядом. — Надеюсь, тема закрыта?

— Безусловно. Стоп, ты действительно не считаешь меня милым?

Гермиона фыркнула и вышла на кухню, чтобы сделать себе чай и провести в одиночестве хотя бы десять минут, пока связь вновь не толкнёт её в руки Малфоя. И если она не получит свой законный перерыв, то тогда точно его придушит, ибо терпение было уже на исходе.