Трудное счастье

Теперь они называют меня тетей Деборой. А я и есть она. Я спокойна и довольна жизнью. Хотя, конечно, Кэрри все знает, иногда она по-прежнему называет меня Барбариной.

Но она никогда не причинит мне зла, потому что слишком любит меня."

"1 января. Больше я не буду вести дневник, мне нечего писать, ведь Барбарина мертва. Она погибла по нелепой случайности. Петрок практически больше не разговаривает со мной. Вероятно, решил, что я хотела избавиться от Барбарины в надежде, что он женится на мне. Я очень предана детям, и мне все равно, что Петрока теперь никогда не бывает дома.

Я ему больше не жена — и не любовница! — а свояченица, воспитывающая его осиротевших детей. Я, пожалуй, даже более счастлива, чем когда-либо после замужества. Хотя иногда думаю о сестре, и мне кажется, что она по-прежнему со мной. Дебора приходит ко мне по ночам, когда я одна, и смотрит на меня грустными, полными немого упрека глазами. Она не может успокоиться, преследует меня и Петрока. Как в легенде. Она так и будет бродить по Пендоррик-холлу, пока не умрет другая новобрачная. Только тогда ее душа найдет свое пристанище.

20 марта. Я перечитала дневник.

Все, больше не буду вести его. Спрячу куда-нибудь подальше — он не дает мне покоя. Барбарина мертва. Я — Дебора. Я спокойна и безмятежна. Я посвятила себя Року и Морвенне. Правда, Барбарина не оставляет меня в покое. Но ведь именно об этом и говорится в легенде. Так будет до тех пор, пока другая новобрачная не займет ее место. Я всегда расстраиваюсь, когда читаю этот дневник. Все, больше не прикоснусь к нему «.

За этим следовала последняя запись.

« Когда-нибудь в Пендоррик-холле появится новая новобрачная, и тогда Барбарина наконец обретет покой «.

Так значит, Барбарина заманила меня в склеп и пыталась убить. Зачем она привезла меня в этот дом? Я совсем растерялась. Что же делать? Что я могу сделать сейчас, ночью? Я здесь одна с Барбариной и Кэрри, ведь Хэнсоны живут в отдельном коттедже. Нужно немедленно запереть дверь. Я попыталась подняться с постели, но не смогла. Несмотря на волнение, мне никак не удавалось справиться с какой-то непонятной сонливостью. Может, я сплю, и все это мне только снится? В это мгновение дневник выскользнул из моих рук, и я сразу заснула, словно провалилась в глубокую пещеру.

Проснувшись, будто от толчка, несколько секунд никак не могла выбраться из черной пещеры забытья и не сразу сообразила, где я. Потом память вернулась ко мне, а вместе с ней и страх. Что-то разбудило меня. Какой-то едва слышный звук, легкое движение, чье-то присутствие. Но сонливость тяжелым грузом все еще давила на меня, опять толкая в темную пещеру беспамятства. Я так устала, я слишком устала, чтобы бороться…

Из темноты возникла фигура женщины в голубом пеньюаре.