Цыганка

«Если ты смогла играть у Хини, то сможешь делать это где угодно», — подсказывал ей здравый смысл. Но раньше за нее никто не ручался и в случае провала пострадала бы только ее репутация. Бет знала, что Сэм, Джек и Тео пели ей дифирамбы и неудачное выступление выставило бы их дураками.

Они вошли в салун, и живот у Бет свело судорогой. Заведение оказалось намного больше, чем у Хини, высокий потолок и узкие окна на высоте восьми футов свидетельствовали о том, что здание строили как склад, но затем настелили новый деревянный пол. У одной из стен находилась длинная барная стойка, у другой, на подиуме за низкой балюстрадой, стояли столы и стулья.

В дальнем конце, напротив двери, была расположена сцена. В салун было проведено новомодное электрическое освещение, лампы отражались в огромном зеркале за стойкой.

Здесь уже было очень людно, у бара выстроилась небольшая очередь из мужчин, ждавших, пока их обслужат. А пара официанток собирала заказы у людей, сидевших на подиуме. Атмосфера сильно отличалась от бара Хини, возможно, потому, что здесь было больше женщин. И не проституток, которых Бет привыкла видеть в подобных заведениях, а обычных аккуратно и неброско одетых женщин, которые могли бы работать в конторах или магазинах.

Она боялась играть перед ними и была уверена, что вызовет у них неодобрение.

Отсюда ей было видно и Сэма с Джеком, но они, занятые работой, по-видимому, ее не заметили.

— А сейчас я познакомлю тебя с Фрэнком, — сказал Тео. Он взял ее за руку и быстро провел между столиков.

Они прошли через дверь позади сцены, миновали короткий коридор и остановились у следующей двери. Тео постучал, а Бет обеими руками схватилась за футляр со скрипкой.

— Он хороший человек. Не бойся, — прошептал Тео.

Фрэнк Джаспер оказался огромным, похожим на быка мужчиной с бритой головой, толстой шеей, широким приплюснутым носом и оспинами на лице. Он походил на человека, которому пришлось через многое пройти, но его элегантный вечерний костюм свидетельствовал об успехе.

— Так вот это, значит, твоя маленькая скрипачка, — сказал он Тео после того, как внимательно осмотрел Бет с ног до головы. — Надеюсь, она действительно так хороша, как ты говорил, иначе ее отдадут медведю.

Тогда Бет понятия не имела о привычке Фрэнка в шутку поминать медведя, в честь которого был назван его салун.

Она решила, что посетители здесь очень привередливые, и почувствовала дрожь в коленках. К тому же ее беспокоил размер салуна: Бет не была уверена, что ее будет слышно за голосами пары сотен шумных посетителей.

Мужчины вышли и оставили ее одну в кабинете Фрэнка по меньшей мере на двадцать минут. Ожидая их, Бет совсем извелась. Фрэнк не сказал, как долго ей придется играть или какие мелодии нужно исполнять.