Цыганка

Меньше чем за час Бет должна была поджарить на огромных сковородах около восьмидесяти порций яичницы с беконом и сосисками, нарезать ломтями шесть больших буханок хлеба и приготовить несколько котелков чая и кофе.

В бараке была одна большая общая комната, где мужчины ели и отдыхали. Спальни и умывальник находились в задней части здания. Стены комнаты покрывала некрашеная штукатурка, на голом бетонном полу стояли длинные шаткие столы и ободранные деревянные скамейки. От кухни столовую отделяло нечто вроде стойки. На одной из стен висела доска объявлений и многочисленные ящички для писем.

Вторую стену занимали крючки для верхней одежды. Так как печку здесь топили круглосуточно, за ночь мокрая обувь и одежда успевали высохнуть.

Одну из стен украшали художества здешних обитателей. Тут были рисунки лосей и медведей, карикатуры на некоторых мужчин, а также многочисленные пышные полуголые красотки, при взгляде на которых Бет краснела.

Когда Бет впервые зашла в одну из спален, чтобы подмести пол, ее ужаснул запах пота и немытых ног. Но в тесном непроветриваемом помещении, где приходилось ночевать такому количеству мужчин, по-другому и быть не могло.

Они тяжело трудились, а в бане бывали в лучшем случае раз в месяц. Тем не менее свои скромные пожитки большинство рабочих аккуратно складывали в ящики или вещевые мешки, стоявшие рядом с койками. Эти люди были кочевниками, готовыми ехать хоть на край света, если там для них находилась работа. Эти суровые мужчины не обременяли себя семьей и не обращали внимания на холод, жару, а часто и на травмы. Они довольствовались малым: парой приятелей, выпивкой и едой.

Когда, кашляя и зевая, пришла первая группа помятых после сна рабочих, Бет уже готова была их обслуживать: она выставила тарелки и подносы с едой и хлебом на стойку. С краю также стояли котелки с чаем и кофе, из которых каждый наливал себе сам.

Большинство мужчин ограничивались невнятным приветствием, так как они еще толком не проснулись. Но крупный американец, которого все здесь звали Тексом, дождавшись своей очереди, внимательно посмотрел на Бет и нахмурился.

— С тобой все в порядке, крошка? — спросил он.

 — Ты сегодня ужасно бледная.

— Я поскользнулась на льду по пути сюда и упала, — объяснила она, беспомощно улыбнувшись. — Ничего не сломала, лишь немного перенервничала.

— Тогда не слишком усердствуй на кухне, — сказал он. — Нам бы не хотелось потерять такую милашку, как ты!"

"К десяти часам утра Бет покончила с большей частью уборки. Обычно в это время она делала перерыв, завтракала чаем и сэндвичем и читала газету, перед тем как приступить к приготовлению обеда.