Цыганка

Мы с мужем будем любить ее как собственного ребенка, девочка станет жить в этом чудесном доме, пойдет в лучшую школу и никогда ни в чем не будет нуждаться.

Бет возмутилась:

— Но она моя кровная сестра!

— И это еще одна причина позволить нам проследить, что у девочки все будет в порядке, — сказала миссис Лэнгворси. На ее щеках появились пятна лихорадочного румянца. — Когда я была еще девочкой, большие семьи часто отдавали одного или двух детей в более богатые семьи. Это было общепринято.

Бет тоже знала таких людей.

— Но вы мне не родственница, — заметила она.

— Я не собиралась запрещать вам с нею видеться, — оскорбилась миссис Лэнгворси. — Вы будете писать ей письма, приезжать к нам и видеться с ней. Я скажу девочке, что являюсь ее опекуном. И никогда не стану притворяться ее матерью. Она сможет звать меня тетей Рут.

У Бет словно земля ушла из-под ног. Она знала, что Лэнгворси обеспечат ее маленькую сестру всем, чего она только пожелает, но за четырнадцать месяцев Бет стала относиться к Молли как к собственному ребенку и готова была драться за Нее зубами и ногтями.

Она протянула руку и погладила пальцем крошечное личико девочки, неожиданно испугавшись, что у миссис Лэнгворси хватит власти забрать Молли, даже если они с Сэмом откажутся от ее предложения.

— Хорошенько обдумайте мои слова, Бет, мягко сказала миссис Лэнгворси, тронув ее за руку. — Я знаю, оно потрясло и напугало вас, и возможно, вы даже считаете, что я пытаюсь вынудить вас отказаться от ребенка. Но поверьте мне, никто не воспитал бы ее лучше нас, особенно учитывая ваш возраст.

— Я не позволю вам ее забрать! — яростно ответила Бет.

— Я знаю, что вы ее любите, но не отказывайтесь от моего предложения сразу, — сказала миссис Лэнгворси. — Подумайте, какие перспективы откроются перед вами. Вы будете свободны как птица и сможете уехать с Сэмом. Ваша жизнь снова будет принадлежать только вам, вы сможете заниматься всем, чем душа пожелает. И при этом все равно останетесь сестрой Молли, и никто у вас этого не отнимет.

Бет не могла продолжать этот разговор. Она схватила спящую Молли и, извинившись, попятилась к двери.

Сэм пришел в половине девятого. Обычно он появлялся дома за полночь, но сегодня в «Аделфи» было так тихо, что управляющий позволил ему уйти раньше. Увидев в окне свет, Сэм обрадовался. Это значило, что они с сестрой могут поговорить. Обычно он возвращался, когда Бет уже крепко спала.

Но едва открыв дверь и увидев сестру у огня с накинутым на плечи одеялом, он сразу почувствовал неладное.

— Что случилось? — спросил Сэм. У него окоченели руки и ноги, поэтому он подошел к печке, чтобы их отогреть.