Тульский детектив

Получил только более подробное описание мальчишки, но кто знает, не приврал ли хозяин с испугу после фразы про несовершеннолетних, которую он произнес по совету Ильи Петровича. А сколько таких мальчишек! Как его найти? Никаких зацепок, чтобы помочь Михаилу.

Погруженный в свои мысли, Трегубов открыл дверь и прошел внутрь помещения. Воцарилась тишина. Иван огляделся: несколько его коллег молча смотрели прямо на него. Из-за их спин вышел судебный следователь Истомин.

– Иван Иванович, приветствую Вас, но не говорю «доброе утро». Думаю, что это недоброе для Вас утро.

– Почему? Что-то случилось? – непонимающе спросил Трегубов.

– По долгу службы, так сказать, вынужден Вас арестовать. Сивцев, разоружите господина Трегубова и препроводите в тюремный замок, там его уже ждут.

– Но… – начал Иван, когда открылась дверь.

В помещение полиции вошёл Илья Петрович. Он не спал всю ночь из-за головной боли, отголоски которой мучили его до сих пор, и был в дурном расположении духа.

– Что за сцена? – удивился он тому, что вокруг царит непривычное молчание, взамен обычного шума и суеты.

– Осмелюсь доложить, – вышел вперёд Сивцев, – Павел Сергеевич приказали арестовать Иван Иваныча Трегубова и отвезть в тюрьму.

– Какого ч…! Гм… Истомин, что происходит? – с трудом сдержал себя Столбов.

– Урядник Трегубов арестован и будет доставлен в тюрьму для дальнейшего допроса.

– По какой причине?

– По подозрению в умышленном убийстве капитана Медведева.

– Как так? – растерялся Столбов.

– Поступила новая информация.

– Какая такая информация?

– Сделайте запрос в установленном виде, и я Вам её предоставлю, а пока это тайна расследования, и я не могу при всех это говорить, – спокойно ответил Истомин.

– Допросить Трегубова можно и здесь, в полиции. Незачем его таскать в тюрьму.

– А я настаиваю! – заявил Павел Сергеевич.

– Я сейчас же поеду к исправнику.

– И зря сделаете, его нет у себя. Более того, я предвидел Вашу реакцию и вчера заехал к нему, разъяснив нашу ситуацию. Вот его приказ для Вас.

Столбов выхватил лист бумаги из руки Истомина и быстро пробежал глазами. Он посмотрел на побелевшее лицо Ивана.

– Ничего, Ваня, мы разберемся с этим.

Из слов Столбова Сивцев понял, что ничего сделать прямо сейчас для Трегубова не получится, и попросил того сдать шашку и револьвер. Иван снял портупею и положил на соседний стол. Сивцев вывел его наружу.

– До свидания, Илья Петрович. Вижу, Вам не здоровится, – проговорил Истомин, – желаю Вам скорейшего выздоровления.

– Зря Вы, Павел Сергеевич, так с молодым человеком, ой, зря, – многозначительно вымолвил пристав.

– Я всего лишь беспристрастный слуга закона, – сказал Истомин и вышел вслед за Сивцевым и Трегубовым.