Твой личный кошмар

И хотя по воскресеньям все радовались приезду мам и пап и охотно ели привезенную ими домашнюю еду, все же хотелось поскорей вернуться в отряд, угостить привезенной вкуснотищей всю компанию, угоститься тем, что привезли другим, поделиться новостями, которые сообщили родители, – и поскорей вернуться к веселой-превеселой лагерной жизни.

Об этой жизни Лёлька потом написала такое замечательное сочинение на тему «Как я провела лето», что ей не только поставили пятерку, но учительница литературы даже прочла ее сочинение вслух.

После этого весь класс порешил на следующее лето непременно поехать в «Чайку» – так назывался Лёлькин лагерь.

Само собой, за осень, зиму и весну желание отдыхать в той же компании, в которой и так с утра до вечера тусовался весь учебный год, у всех изрядно поостыло. И Лёлька точно знала, что в «Чайке» она не встретила бы никого из своих одноклассников. Каждый проводил бы лето по-своему!

Она ничего не имела против того, чтобы снова побывать в «Чайке», но вместо этого угодила в Корректор…"

"Здесь не было никаких родительских дней, да и ладно: о родителях Лёлька практически не вспоминала.

Даже в голову не взбредало, что вот было бы здорово, если бы они приехали, чего-нибудь привезли… скажем, опять бигмак и пирожок с вишней, ну или еще чего-нибудь такого, вредного, но вкусного.

Лёлька не хотела ни бигмака, ни вишневого пирожка, ни встречи с кем бы то ни было. То есть она их не забыла, конечно, маму и папу, однако они словно бы отодвинулись от нее. Сделались не слишком нужными.

Машинально поругивая себя за эту черствость, Лёлька думала, что Корректор на нее таким образом воздействовал – а в то, что это дело рук (если у него были руки, конечно!) Корректора, она ни чуточки не сомневалась! – еще когда родители провожали ее на вокзале в Нижнем Новгороде.

А может, даже еще раньше! Ведь Лёлька не плакала, не ныла, не спрашивала, когда ее заберут из санатория домой, будут ли навещать…

И если она о чем-то тревожилась, то лишь о том, чтобы не оказаться в психушке.

А когда поняла, что это все же не психушка, мигом успокоилась!

Теперь Лёлька не сомневалась, что и мама с папой были точно так же стукнуты Корректором, как и она сама.

Только этим глобальным компостированием мозга можно объяснить полное спокойствие родителей при прощании, отсутствие маминых слез и папиных наставлений.

А также то, что они совершенно безмятежно доверили единственную дочь санаторному сопровождающему – незнакомому человеку, которого увидели в эту минуту впервые в жизни. И отправили ее с ним невесть куда, в какой-то там санаторий… Причем о санатории они не знали совершенно ничего.