Ты — мой грех

Сердце его бьется громко, мощно. Я наслаждаюсь этими звуками, сосредоточена на них, и на движениях мужских пальцев. Они размазывают влагу, действуют уже не так жестко, а… нежно даже. Руслан гладит, нажимает, трет, и…

— Дааа, — застонала, а Руслан, поняв, как мне нравится, сжал клитор, и снова начал играть с ним.

Быстро, чуть надавливая, но щадя меня. Заставляя губы кусать, и стонать — сдавленно, жалобно. Я ласкала себя иногда, и знаю свое тело, но понимание, что со мной делает мужчина, что это его пальцы сейчас в моей влаге, в самом интимном месте — это накрывает ласиной, заставляет извиваться, двигать бедрами, и самой тереться об его пальцы.

Внутри всё пульсирует. Так, наверное, женщина готовится принять мужчину, ведь мне пусто. Хорошо, но я чувствую, что правильнее было бы быть заполненной. Им. Его членом. У меня не было секса, но сейчас я отчетливо осознаю — мне понравится не нежно, а жестко. Чтобы вбивался, вколачивался в меня, подчиняя. Шлепая при этом, кусая, шепча пошлости… но пока есть только пальцы, трение, наше громкое дыхание. Его тихие маты, и мои всхлипы, и стоны, ведь в глазах темнеет…

А затем я кончаю — ярко и немного болезненно.

И вижу, как Руслан расстегивает свой ремень.

* * *Двенадцать сорок пять.

Стою у ресторана, и чувствую себя сволочью. До встречи с «клиентом» пятнадцать минут, но лучше зайти через семь. Пока хостес меня проводит, пока помою руки… семь минут. Жаль, что не на небесах.

Уфф, задыхаюсь от волнения. Уж точно не от предвкушения. И вспоминаю. Почему-то именно сейчас я вспоминаю.

— Нет… Руслан, нет, не нужно, — оттолкнула его, протрезвела от опьянения этим мужчиной.

Почти.

Отбежала, взглянула на него. Ремень всё ещё не застегнул.

Пуговица, как и ширинка тоже расстегнуты. Рус так и стоит. Смотрит. Он возбужден, через плотную ткань джинсов я вижу не просто бугор, я четко вижу его член. Очертания. И сглатываю.

К нему хочу. Чтобы трахнул меня. Или… дьявол, я готова даже на колени перед ним опуститься. Спустить джинсы, трусы. Кажется, кончу еще раз, едва обхвачу губами головку его члена. Я, правда, этого хочу.

Может, сделать? Девственницей останусь, и ему, и себе удовольствие доставлю. Почувствую на языке его вкус, и… и не смогу потом. Ничего не смогу. Руслан захочет пойти дальше, и я не откажу.

Я бы и сейчас ему не отказала, не получи я оргазм. Он мог бы взять меня, пока я была возбуждена, и не дошла до пика. Мог бы, но не стал. Захотел подарить наслаждение…

Нет, если сейчас я это сделаю — то всё. Минетами Руслан не удовлетворится. Да и я не смогу после этого пойти и продать себя.

— Почему? Ты хочешь.

— Я…"

"— Хочешь, — спокойно перебил Руслан, а глаза у него темные-темные. Он не спешит приводить одежду в порядок. Сел на стул как есть — с болтающимся ремнем, расстегнутыми джинсами и стояком.