Уроки куртизанки

Мы с твоим отцом заключили деловую сделку.

Она не смотрела на него.

– И это все? Просто деловое соглашение?

Он медленно кивнул. Она искоса взглянула на него.

– А что, если я в это не верю?

Он напрягся и замер.

– А что, по-твоему, это еще могло быть?

– Если бы речь шла о деловом соглашении, я думаю, ты бы остался. По крайней мере до тех пор, пока не получил бы наследника. Или заключил бы сделку с человеком, дочь которого тебе по-настоящему нравилась бы. Я уверена, что тебя окружало достаточно прелестных леди, чье общество доставляло тебе удовольствие и которые могли бы составить тебе даже лучшую партию.

Джастин сел, и Виктория повторила его движение. Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Воздух в комнате ощутимо сгустился. Она покраснела и натянула одеяло на грудь.

Джастин вздрогнул и со свистом втянул воздух. Она выглядела точь-в-точь как в первую брачную ночь. Темные локоны по плечам, в глазах – немой вопрос.

– Я слышала, как в ту ночь вы с отцом о чем-то спорили. Думаю, я имею право знать, если он каким-то образом заставил тебя вступить в этот брак, – продолжила она, заглядывая ему в глаза.

Он вновь засомневался: знала ли она об обстоятельствах их свадьбы?

– А почему ты стала такой любопытной, Виктория? – спросил он, прилагая нечеловеческое усилие к тому, чтобы сохранить спокойный тон. – Зачем ты сегодня подняла эту тему?

– Мы заговорили откровенно, – ответила она, но потом ее губы сжались. – А после сегодняшнего ленча, после истории твоих похождений, мне стало особенно интересно, что заставило тебя жениться на женщине, которую ты не хотел.

Его брови взлетели вверх, и она покачала головой:

– Хорошо, на женщине, которую ты хотел видеть в своей постели, но не в жизни.

Джастин соскочил с постели и уставился на нее.

– Шантаж? Почему ты так думаешь?

Его подозрения стали сильны, как никогда. Возможно, все ее «болезненные» откровения – не более чем способ вынудить его признаться в чем-то. Внезапно он поставил под вопрос все, что произошло между ними сегодня, и даже их восхитительное единение оказалось безнадежно испорчено.

– Джастин… – пробормотала она, придвигаясь к нему.

Он покачал головой:

– Почему я женился на тебе – это мое личное дело. Если ты хочешь узнать более подробно, почему твой отец сделал то, что сделал, спроси лучше у него.

На лице ее отразились потрясение и боль, которые она не сумела скрыть. И ты говоришь мне это после всего, что я рассказала тебе? Ты же знаешь, что у него я не найду никаких ответов.

– Тогда не ищи их и у меня.