Уроки куртизанки

Румянец не поблек до сих пор – значит, она вновь и вновь мысленно возвращается к той сцене.

И потому Джастин тоже вспоминал ее. Он не мог думать ни о чем, кроме губ Виктории, как они смыкаются вокруг его члена, как она проводит языком от основания к головке. Прикрыв глаза, он ощутил, как возбуждение растет.

Карету подбросило на булыжнике, и Виктория ахнула от неожиданности. Ее взгляд метнулся к нему, и щеки окрасились еще ярче.

Джастин пробормотал проклятие. Знание того, о чем она думала, ничуть не облегчало его участи.

– Ты сегодня отлично сработала, – сказал он, отчаянно стараясь не смотреть на ее рот.

Она тоже отвела глаза.

– Думаешь? Мне не кажется, что я открыла что-то важное. Мы до сих пор не знаем точно, имеют ли Алисса, Уиттинхем или Эвенвайс отношение к исчезновению Хлои.

Джастин подался вперед:

– Но твои действия помогли заметить их подозрительное поведение. Это очень нам помогло. – Он потянулся к ней и после недолгих колебаний накрыл ее руку своей. – Ты делаешь все, что в твоих силах, Виктория. Ни одна подруга не смогла бы сделать больше.

Она долго смотрела на его ладонь, прежде чем перевести взгляд на его лицо.

– Спасибо, – прошептала она.

Голос ее не слушался.

Ему следовало убрать руку, но он вдруг понял, что это невозможно. Он просто хотел касаться ее. Ощущать тепло ее кожи. Забыть о прошлом и наслаждаться моментом.

– Джастин, – прошептала она. Ее пальцы сжались под его рукой.

Он прочел в ее глазах желание, и впервые это его разочаровало. Не секрет, что Виктория с радостью отдаст ему тело, но, кажется, больше ничего она давать не хочет.

А ему становилось все сложнее и сложнее притворяться, что большего ему и не хочется.

Со вздохом она наклонилась к нему и прижалась губами к его губам с обжигающей страстью, которая покоряла своей безыскусностью и опаляла невиданной мощью. Мысли Джастина поблекли, осталась только острая потребность в ней, которую Виктория разжигала все больше и больше. Если это единственная связь, которую она может допустить между ними, тогда, видит Бог, он сделает так, чтобы она никогда ее не забыла.

Он притянул ее к себе. Она упала в его объятия. Они целовались без уловок и изысков, но удовольствие пульсировало на грани переносимого.

Она развязала его галстук и вытянула рубашку из брюк.

– Ну почему… почему так происходит? – простонала она.

Он покачал головой: ей не требовалась объяснять, что она имеет в виду под «этим».

– Я не знаю, – проговорил он между поцелуями. Его пальцы скользнули в ее скандально глубокое декольте и нашли грудь.

Она протяжно вскрикнула и вцепилась ему в плечи. Задохнулась.

– У тебя всегда так?

Он замер и отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза.