В объятиях страсти

Он молча кивнул и сделал шаг назад, а Сирена, едва сдерживая потоки слез, взялась за вожжи и тронула ло­шадь, не сводя глаз с неподвижно стоявшего Натана.

Сирену не покидало смутное ощущение, что молодой человек хотел сказать ей нечто большее, но не решился. И почему его так заинтересовало, какое впечатление произвел на нее Трейгер Грейсон? Она чувствовала себя так, словно почва выскользнула из-под ее ног. Натан уезжает. Трей­гер исчез. Митчел найдет замену в школе, и чем же ей тогда будет занять себя?

Сирена посмотрела на затянутое серой дымкой небо: ничего вокруг не было, что вселяло бы бодрость. На мгно­вение она пожалела, что не уехала с Трейгером, но тут же отбросила абсурдную мысль. Он отчаянно нуждался в день­гах, и неизвестно, как далеко мог зайти, чтобы их полу­чить. В сердечных делах красавец оставался неисправимым циником, а она была не глупа и понимала, что для Трейгера их встреча не больше чем минутное развлечение.

Сирена вошла в дом, ее внимание сразу привлекли при­глушенные голоса, доносившиеся из кабинета. Девушка нахмурилась, гадая, с кем может разговаривать отец.

Она помедлила на лестничной площадке, наблюдая за Оливией, которая, постучав в закрытую дверь, проскольз­нула внутрь. Что здесь происходит? Сирена отошла от домашних дел, с тех пор как занялась преподаванием, и теперь не имела ни малейшего представления о том, с кем беседует отец и почему мачехе позволено при этом присут­ствовать. Митчел редко приглашал жену на деловые встре­чи. Сирена подумала, что надо вечером поговорить с отцом и разузнать, что за удивительные вещи творятся в доме.

А пока она быстро переоделась и отправилась на вер­ховую прогулку. Сирена пустила коня в галоп через широ­кую луговину. И усмехнулась неистовому нраву жеребца, который неохотно перешел на шаг, когда она натянула по­водья. Девушка пригнулась и пришпорила коня, упиваясь бешеной скачкой и грохотом копыт о стремительно проно­сившуюся под ними землю."

"Вот чего ей не хватало, чтобы избавиться от паутины грустных размышлений! Подставив лицо ветру, Сирена довольно вздохнула и выдернула шпильки из волос, кото­рые тут же взметнулись за ее спиной золотым облаком.

Солнце уже начало медленно клониться к подернутому дымкой горизонту, когда Сирена повернула жеребца к дому и вскоре увидела отца и Оливию, садившихся в карету. Девушка подъехала к ним и с тревогой заглянула в сосре­доточенное лицо отца.

– Папа, куда это вы собрались?

– У меня важная встреча в Нью-Йорке. Мы останем­ся там на ночь. Сирена, я… – Митчел нахмурился и умолк, покосившись на Оливию. – Мы поговорим об этом завт­ра вечером, – заверил он дочь.

Карета загромыхала прочь, а Сирена с озадаченным видом долго смотрела ей вслед.