В объятиях тьмы

— Вы отдали приказание применить пытки?

— Это было твое решение, Стикс, не мое, — мягко напомнил Анассо. — Я предлагал куда менее… хлопотные способы решения проблемы.

Лицо Стикса окаменело.

— Убить Вайпера и силой привести демона? — спросил он с едва скрываемым отвращением.

Темные глаза сверкнули, а затем вампир старательно придал своему лицу выражение безграничного терпения.

— Жестокое обвинение, сын мой.

— Как еще это назвать?

Анассо беспомощно махнул костлявой рукой:

— К сожалению, великое дело не обходится без жертв.

Стикс покачал головой:

— Красивые слова не могут затмить омерзительной сути.

— Полагаешь, я не испытываю сожаления, сын мой? Я изменил бы прошлое, будь это в моих силах. Только я виноват, что мы оказались в столь плачевном положении.

И поделом, сказал себе Стикс. Собственная слабость подвела Анассо. Его страсть к запретным удовольствиям, способная погубить благородного вампира.

— Я это понимаю, мой господин.

Анассо уловил нотку неодобрения в голосе собеседника и слегка нахмурился.

— Вероятно, ты считаешь, что следует отпустить Вайпера и Шалотт разгуливать на свободе? Но без нее я неминуемо умру.

— Должны быть другие средства.

— Я испробовал все, что можно, даже пил омерзительные отвары, которые подсовывал мне бес. — Старший вампир внезапно рассердился. — Только кровь Шалотт может остановить болезнь!

— Шей, — тихо сказал Стикс.

— Что?

— Эту Шалотт зовут Шей.

— Ну да, разумеется. — Старший вампир окинул его долгим задумчивым взглядом. — Стикс?

— Да, господин?

— Я пойму, если ты передумаешь. Я поставил тебя в безвыходное положение и очень сожалею об этом. — Он коснулся руки Стикса своей бессильной рукой. — Ты должен знать, что твои вера и преданность значат для меня больше, чем сама жизнь.

У Стикса защемило в груди.

— Вы очень добры, мой господин.

— При чем здесь доброта? — На бесплотных губах появилась слабая улыбка. — Ты помнишь, как мы впервые встретились?

— Насколько я помню, я сражался со стаей оборотней.

Спертый воздух задрожал от его тихого смеха.

— И ты сообщил, что мне придется ждать своей очереди, чтобы погибнуть от твоей руки.

Стикс поморщился:

— Я был тогда молод и заносчив.

— А помнишь, что я ответил?

Стикс медленно отвернулся и уставился в огонь, жарко горевший в мраморном камине. Не такой он глупец, чтобы не понять, к чему клонит Анассо — заставляет вспомнить тот самый день, когда он, Стикс, принес клятву. А заодно, что не менее важно, напоминает о деле, которое сплотило обоих.

Дело, которое выше личных привязанностей.

— Вы сказали, что хотите остановить реки крови, — ответил он бесцветным голосом. — Написать судьбу расы вампиров на звездах. Объединить нас, чтобы из хаоса создать величие. А затем предложили стать вашим соратником.