В объятиях тьмы

Что-то в ее тоне заставило горгулью насторожиться.

— Дорогуша, я чему-то помешал? — спросил он, удивленно подняв брови.

Глупый румянец залил ее щеки.

— Я сказала — не надо об этом.

Леве вдруг захихикал:

— Ах, значит, твоя ненависть к вампирам заканчивается на пороге будуара? Что ж, не могу упрекнуть твой выбор. Он просто великолепен — такой холодный, высокомерный тип.

Шей зло уставилась на Леве:

— Ты находишь Вайпера высокомерным? Вот это называется — бревна не видеть в собственном глазу.

— Бревна? — Леве беспомощно всплеснул руками. — Не понимаю, о каком бревне речь.

Шей закатила глаза к потолку:

— Брось, Леве. Ты обретаешься в Америке со времен Революции.[1] Знаешь английский лучше меня.

— Ба, английский! Отвратительный язык. Никакой романтики, никакой красоты. Ужасные звуки, царапающие мои нежные ушки.

Пытаясь казаться невозмутимой, Шей приподняла бровь.

— Почему ты торчишь здесь? Почему не вернешься во Францию?

Серое тельце вздрогнуло.

— Хочешь сказать — в теплые объятия моей семейки? Черт возьми, я не переживу этой встречи. Последнее, что я от них слышал, — как братья обещали насадить мою голову на кол.

Шей поморщилась:

— Есть много других хороших мест, кроме Франции. Я слышала, что Италия — очень красивая страна.

Леве уставился на нее с растущим подозрением:

— Хочешь от меня избавиться?

— Леве, мы оба знаем, что рядом со мной опасно. Кто-то очень желает мне смерти, и им безразлично, кого убить, чтобы добраться до меня.

Он гневно хлопнул себя крыльями:

— Считаешь меня трусом, который побежит от опасности? Тогда уж сразу отруби мне причинное место, и дело с концом.

— Я никогда не считала тебя трусом. Однако глупо понапрасну подвергать себя опасности.

Опустив голову, Леве принялся вылизывать остатки мяса.

— В данный момент мне все равно нечего делать. Останусь с тобой, буду тебе защитой, пока не подвернется что-нибудь поинтересней.

К собственному удивлению, Шей почувствовала, что тронута. Каким бы раздражительным и обидчивым ни был Леве, он беспокоился за нее.

— Леве…

Она хотела просить его все-таки поискать себе безопасное местечко, как вдруг ночную тишину прорезал вой.

— Что за черт?

Соскочив со стула, ее друг бросился к двери и открыл ее настежь.

— Вопли проклятых в аду! Или очень рассерженный вампир. Кажется, это в гараже.

— Гараж… — Она медленно встала, чувствуя, как от страха скрутило живот. — Ох!

— Что такое? — спросил Леве.

— Я немножко помяла его машину.

— Какую именно?

— Кажется, «порше». Да какая разница?

Леве возвел глаза к потолку:

— Матерь Божья!

Шей с изумлением смотрела, как горгулья, схватив буханку свежевыпеченного хлеба, несется к лестнице, ведущей в подвал.

— Ты куда?

— Надо найти где спрятаться. Сейчас грянет буря.

Новый вопль.