В плену. И после. История одного эльфа

— Не нравится, как я готовлю?

Под таким грозным взглядом любой в ужасе кинулся бы нахваливать ее стряпню, даже если бы в тарелке у него лежала сырая земля.

— Просто эльфы не едят животную пищу, — пояснил Фай."

"— Оу, — удивилась Грид. — А я-то гадала, почему кухни ваших домов совсем не оборудованы для готовки. Вчера мне пришлось запекать пойманного зайца в камине. Ну, в том, что в гостиной. — Отвернувшись, она скептически осмотрела разложенное на большом блюде мясо и добавила к нему парочку салатных листьев.

На какое-то время снова воцарилась неуютная тишина. Фай и хотел бы ее заполнить, да только не знал, что сказать.

— Знаешь, мне всю ночь не давала покоя одна мысль. Ты что, не девственник?

У Фая мгновенно запылало лицо. Он буквально-таки почувствовал, как весь, абсолютно весь — от ворота рубашки до границы роста волос — заливается краской.

Как можно задавать такие вопросы?

Кружочек огурца, который Фай не успел поднести ко рту, выпал из его пальцев и шлепнулся на столешницу.

— Я думала, что все неженатые парни здесь… ну, того… этого… нетронутые, — продолжила Грид, не замечая его реакции.

— Так и есть. — Фаю отчаянно захотелось встать и выйти из-за стола, из кухни, из этого дома. Богиня, как унизительно!

— А ты? — Ведьма метнула в его сторону короткий любопытный взгляд и отвернулась к окну, притворившись, что ее очень занимает открывающийся оттуда вид.

— Я — нет.

— Не девственник?

Фай низко опустил голову, склонившись над своей тарелкой.

— Не девственник.

Теперь она точно решит, что он паршивая овца в стаде.

— Просто ты вчера так лихо начал раздеваться, что…

— Это не то, о чем ты подумала! — перебил ее Фай.

— Да нет, я считаю, что широкие взгляды — это хорошо.

— У меня не широкие взгляды! — Фай смутился, обнаружив, что вскочил на ноги и последнюю фразу практически прокричал.

Они смотрели друг на друга около минуты, а потом повисшую тишину прервал стук дверного молоточка.

— Кого это гоблины принесли? — проворчала Грид, выйдя из кухни и оставив Фая наедине с собственными эмоциями.

Под грохот пульса он слушал, как удаляются ее шаги, как подошвы туфель скользят по деревянному полу, как скрипит, открываясь, входная дверь.

— Эй, ушастик, а это пришли к тебе! — вдруг прокричала Грид.

К нему?

В первую секунду Фай растерялся, во вторую — побелел от ужаса, решив, что за ним явились стражники из тайной службы порядка, но затем понял: они бы ни за что не сунулись сюда, к наблюдательнице эйхарри. Здесь, у Грид, он в безопасности.

— Фай! — снова позвала дикарка. — Тут какая-то женщина. Хочет с тобой поговорить.