В поисках любви

Индия и впрямь чудовищная страна. Не надо было сюда приезжать! Она не могла привыкнуть к этой дикости, распущенности, вспышкам насилия, аморальным общественным установкам, жестокости, нищете, необъяснимому поведению окружающих… Этот день навсегда останется в ее памяти. Что бы кто ни говорил, часть вины за происшедшее лежала на ней самой и Сикандере. Сакарама еще можно было простить: у него искаженное представление о справедливости. Но простить Сикандера? Как можно после всего этого оставаться здесь и делать вид, будто ничего не случилось?

– Послушай, Эмма! Когда ты обо всем поразмыслишь, когда ты…

Хватит! Она подобрала юбки и бросилась туда, где было ее единственное убежище, – в свои покои на втором этаже.

Только поздно вечером Алекс набрался храбрости, чтобы заглянуть к Эмме. К этому времени Сакарам позаботился об обоих трупах: их положили в простые дощатые гробы и сожгли на одном погребальном костре в глубине джунглей. Однако у самого Алекса еще оставались дела: он провел некоторое время в зенане, утешая ее обитательниц и убеждая их, что он скорбит о смерти Лахри и собирался поступить с ней по справедливости, хотя его привязанность отдана теперь мэм-саиб.

Безутешнее остальных была Гайятри. Алекс не знал, понимает ли она, что произошло и почему, но видел, что, найдя умирающую Лахри, прижимающую к себе ядовитую змею, глухая женщина испытала сильнейшее потрясение. На протяжении нескольких часов после этого она издавала звуки, выражавшие ужас и горе. С другой стороны, Лахри заменила в постели господина ее собственную сестру, поэтому ее горе казалось Алексу чрезмерным. Он не помнил, чтобы она так же безутешно оплакивала его жену; видимо, ее больше всего потрясло то обстоятельство, что Лахри намеренно рассталась с жизнью.

Оставалось позаботиться еще об одном: запретить держать в корзинах опасных змей в роли домашних любимиц. В зенане давно держали кобр и гадкж-крейтов, но раньше Алекс не думал о том, как это опасно. Борясь со скукой, особенно во время его длительных отлучек, Лахри завела себе целый зверинец, в том числе кобру, заползшую в дом через сток в купальне, и нескольких крейтов, тоже случайно попавших сюда в разное время. Спасая змей от смерти, она поместила их в корзины с крышками и кормила грызунами, за которых расплачивалась с деревенскими ребятишками сладостями. Удивительно, что змеи не отплатили ей за добро укусом еще раньше; видимо, здесь сыграла роль ее осторожность, из-за которой Алекс и закрывал глаза на столь опасное увлечение.

После смерти Лахри он распорядился, чтобы всех имеющихся в доме зверьков и рептилий выпустили на свободу в джунгли.