В поисках любви

– Разве я могла не приехать, когда человек, к которому я так привязана, оказался при смерти? – Она грустно улыбнулась. – Я так часто о тебе думала, Сикандер! Так часто жалела, что не проявила больше мудрости! Сколько слез сожаления я пролила!

– О чем тут сожалеть? Вы всегда были ко мне добры, Сантамани, даже когда все остальные отвернулись от меня.

Сантамани поправила бледно-голубое сари и вздохнула.

– Дорогой мой Сикандер, я не услышала от тебя ничего такого, чего не знала раньше. Для меня не секрет, что представляет собой Хидерхан. Еще когда он был ребенком, я видела, как он завистлив и мелочен, как строит против тебя козни. Почему, по-твоему, я вызвалась приобрести у мисс Уаитфилд Уайлдвуд, лишь только узнала, что ее претензии могут быть признаны обоснованными?

– Вы предложили ей продать вам Уайлдвуд?

Сантамани кивнула седой головой:

– Мое предложение было сделано через посредника, которого не знаешь ни ты, ни она. Однако мисс Уаитфилд отказалась. Я надеялась, что таким способом не позволю Хидерхану завладеть Уайлдвудом. Если бы претенденткой на владение стала я, он отошел бы в сторону. Насколько я понимаю, он тоже выступал покупателем, но мисс Уаитфилд отказала и ему.

– Эта земля слишком много значит для нее."

"– Но не больше, чем ты. Я заметила, как она на тебя смотрит, Сикандер, и как смотришь на нее ты сам. В чем же дело? Пока у тебя есть она, Уайлдвуд остается твоим. Ни Хидерхан, ни кто-либо ещё не сумеют его у тебя отнять. Конечно, еще предстоит найти человека, выстрелившего в слона, вернее, того, кто дал ему поручение сделать это. Клянусь, Сикандер, я позабочусь, чтобы с ним поступили по всей строгости, даже если это окажется мой собственный сын. На сей раз я не выступлю в его защиту. Он должен заплатить за свое безумие, раз зашел так далеко.

Алекс был рад слышать, что она отказывается защищать Хидерхана. Но в отношении его и Эммы она не права. Они еще не решили своих проблем, и он не видел способа преодолеть ее недоверие. Сначала Уайлдвуд свел их, а теперь разводил. Эмма полагала, что он стремится завладеть Уайлдвудом, тогда как в действительности ему была нужна только она.

– Мне бы очень хотелось, чтобы за выстрелом слона не стоял ваш сын, Сантамани. Я желал бы видеть его своим другом, а не врагом.

– Это было невозможно с самого начала, Сикандер. Слишком уж он тебе завидовал.

– Зависть? Как это понять? Ведь у него было все, а у меня – ничего. Я был изгоем, кутча-бутча, а он – первенцем, законным наследником, обладателем чистых кровей, высокой касты, будущим правителем…

– Неужели ты действительно так наивен, Сикандер? Хидерхан низкоросл, толст, совсем не красив. Зато ты высок, лицом и сложением ты красив как бог. Своего первого тигра ты убил гораздо раньше, чем он.