Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Можно уже начинать? Или еще нет? Тобольцева вопросы этикета не беспокоили, он тут же взялся за вилку.

- Приятного аппетита, - раздался хорошо поставленный голос. - Вы голодные, наверное, с дороги...

- Ида, да сядь уже, - прервала дочь баба Тоня, - в ногах правды нет! Только сначала налей нам по рюмочке за знакомство.

- Я за рулем! - моментально воскликнула Дуня.

- Я за рулем, - мягко поправил ее Ваня и поинтересовался у бабушки: - Бутылка на том же месте?Бабуля утверждающе кивнула. Иван поднялся с места и пошел искать то, что желала выпить Антонина Марковна. Пока он отсутствовал, все молчали. Дуня сидела, уставившись в тарелку, Идея Ивановна так и осталась стоять у плиты. Только баба Тоня не скрывала радостного возбуждения.

- Бабуль, рябина на коньяке. Оно? - на пороге показался Ваня.

- А то! Разливай!

В то время, как Ваня вынимал из шкафчика рюмки и наполнял их настойкой, Дуня украдкой поглядывала в сторону Идеи. Та будто замерла - не отрываясь, смотрела на сына, а потом вдруг перевела глаза на Дуняшу, и девушка тут же снова уставилась в тарелку.

- Ну что, голуби, как Владимир? - громко спросила баба Тоня.

Ваня в ответ разродился пространным рассказом о том, какой там замечательный фотокружок и какие талантливые ребята. Он говорил про выставку, город, еду в гостинице, в общем, про все подряд, чтобы сгладить возникшее напряжение. А оно было - отчетливо чувствовалось, и баба Тоня с Иваном старательно пытались разрядить обстановку.

Дуня послушно жевала котлету под подбадривающим взглядом Вани. Выслушав красноречивый доклад внука, Антонина Марковна вдруг вспомнила о так и не выпитой настойке. Она взялась за тонкую хрустальную ножку и бодро провозгласила, сделав ударение на последнем слоге:- Ну, за знакомствО!

Все быстро взяли свои рюмки, раздался дружный звон. Дуня сделала большой глоток, который тут же обжег горло.

Идея Ивановна все же присела за стол и стала так же, как и Дуняша, вырисовывать вилкой узоры на картофельном пюре.

- Где ты на Ваньку нашего набрела? - спросила баба Тоня, поставив пустую рюмку на стол.

Дуняша ответила не сразу. Она для храбрости сделала еще один глоток рябины на коньяке и только потом начала говорить:- Ну... вообще-то, это он на меня набрел. Случайно. Я колесо у машины проколола, пустая трасса, никого нет, а он из леса вышел и напугал до полусмерти. Небритый и с рюкзаком за плечами.

Идея Ивановна, закончив с картофельными узорами, оставила вилку в покое, одним махом допила свою порцию алкоголя и поинтересовалась:- Ваня?! Почему ты был небрит?

Дуня поперхнулась котлетой. Иван заботливо похлопал ее по спине, а потом пожал плечами:- Не до того было. Зато колесо поменял.