Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Если ты закажешь мне двойной эспрессо, пока я принимаю душ, я облобызаю край твоего платья.

Изгиб стал еще ироничней и невозмутимей.

- Давай так. Я обойдусь без лобызания платья как-нибудь, а ты сам себе закажешь эспрессо.

- А за поцелуй коленки?

Откуда в нем взялось это ослиное упрямство, Иван и сам не мог понять. Вообще-то, он гордился своим умением договариваться. Но тут был какой-то совсем особый случай. Во что бы то ни стало добиться своего. Знать бы еще - чего?

- То есть ты уверен, что мне нравится поцелуй коленки? - ироничный изгиб обозначился теперь и в уголке губ.

- А тебе часто целовали колени?

- Бывало. И всегда неудачно.

Конечно, неудачно. Что человек, которого зовут Илюша, может понимать в поцелуях женских коленей? Особенно таких... офигенных.

- Вот! Поэтому советую довериться профессионалу! Выбирай: левая или правая?

- Никакая. Если не хочешь получить коленкой в лицо. У меня это зона щекотки. Так что, автостопщик, пока я не передумала - иди в душ. На ванну и завтрак даю тебе полчаса, - с этими словами девушка повернулась и пошла к гостинице.

Ну, совсем непрошибаемая она сегодня!

- А кто щекотки боится, тот, как говорит моя бабушка, ревнивый, - крикнул ей уже вдогонку. Она не убавила шаг. - Эй, ключи-то от номера дай, ревнивца.

- Догонишь - отдам.

Он не поверил своим ушам. Просто не успел - потому что тут же сорвался с места, в два шага оказался рядом. Она не обернулась на его шаги. Замерли оба. Иван из-за спины подал ей руку раскрытой ладонью вверх. И почему-то шепотом и на ухо сказал:- Ключи от сокровищницы, сеньорита!Какое-то время она молчала. Потом аккуратно отвела его руку и обернулась. Окинула его внимательным взглядом - от головы до... Черт. Он так и помчался за ней. В носках.Ему протянули ключи со словами: «Время пошло». А Дульсинея развернулась и пошла обратно к машине. Она почти дошла, а он все стоял и смотрел ей вслед.

И только когда она открыла дверь, Иван словно очнулся. Босиком. Как придурок, босиком. В красных спайдерменовских носках.

- Подожди! Я кроссовки возьму, - и рюкзак. В котором права Дуни.

Упаковав камеру в рюкзак, закинув его за плечо и воссоединив спайдерменов и росинантов, Иван двинулся к гостинице. То, что он при этом напевал: «Утро туманное, утро седое», его уже не удивляло. Ну, проснулась в человеке вбитая еще в детстве музыкальность - с кем не бывает? И вообще, гены - страшное дело. А если уж у тебя мама - преподавать по классу фортепиано...

Вот об этом в том числе думал Ваня, принимая душ. Чистоплотность - это тоже маменькой вшито в автопилот. За месяцы путешествия приходилось поступаться многим, в том числе и гигиеной. Но чем ближе была...