Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Оглянувшись на стоявшего позади толмача, монах сделал паузу, вполне достаточную для перевода с каталонского на немецкий. Он и потом не забывал делать паузы, и князь проникся к инквизитору большим уважением… не только из-за этих пауз, но и вообще.

– Итак, расскажи еще раз, как все было… Тот случай, когда ведьма, как ты говоришь, избила тебя.

– Да так все и было, святой брат, – женщина нервно поскребла рукой щеку. – Как я и рассказывала уже нашему старосте, господину Скварону, ой, он такой хороший человек, такой хороший, вот, помнится третьего дня…

– Не отвлекайся, женщина! Говори по существу дела.

– Эта сучка… ой…"

"– Говори, говори, Эужения, только постарайся без ругательств, ты ж в святой обители все-таки!

– Ой, святой брат… извините. Просто попутал бес! Ой… Прости меня, Святая Дева! Так вот, она, эта ведьма, налетела на меня и начала бить, а потом…

– Постой! – тут же перебил инквизитор.

– Да нет, святой брат… просто выбежала и набросилась с кулаками, отдубасила… ой.

Брат Диего сдержал усмешку:

– Говори конкретно, женщина. Как именно, чем, куда и сколько раз ведьма тебя ударила? Кто еще все это видел?

– Да моя подруга и видела, святой брат, вы ее знаете – племянница нашего мельника, Бенедетта. Ой, это такая славная женщина, такая славная, вот, помнится, в прошлом году…

– Эужения! Мы про удары говорим.

– О, святой брат… простите. Я уж и не помню – куда она била, да как.

– Совсем-совсем не помнишь?

– Не-ет…

Доминиканец спрятал усмешку и, покосившись на князя, прищурил левый глаз:

– Ты ведь сильная женщина, Эужения… вон какая вся! Неужто дала себя побить какой-то соплячке?

– Ха-ха, святой брат! Да как же, дала! Так ее отходила – небось, до сих пор бедная… ой!

– Та-ак… А где все происходило?

– Да на ее же дворе и происходило, на ведьмином.

– А ты там как оказалась… и подруга твоя, Бенедетта?

– Так зашли же, святой брат! Думали вывести колдунью на чистую воду.

– Угу, угу… значит, незаконно проникли на чужой двор. Ладно, с этим деянием пусть ваш алькальд разбирается… Брат Эгон, – инквизитор повернулся к секретарю. – Выделите дело о проникновении в отдельное производство и перешлите тамошнему алькальду… Так.