Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Славная такая девчонка, светлые глаза, щечки ямочками, только какая-то понурая, побитая, что ли… но ничуть не менее красивая, чем та, водяная!

– Тебя как зовут?

– Ирина… В честь святой Ирина прозвана, да, видно, не в масть.

– А я – Арсений, Сенькой тоже звать можно.

Господи! А губа-то разбита, будто кто-то сильный… наотмашь…

– Ты не ходи, Сенька, в рядок, там мор.

– Что?!

– Черная лихая смертушка. Я знаю!

– Да что ты можешь знать? – недоверчиво прищурился отрок. – Ты что, лекарь, что ли?

– А ты, можно подумать, лекарь?

– Не лекарь, да в море кое-что понимаю.

Девчонка намертво ухватила парня за руку:

– Нет. Никуда тебя не пущу. Что там с тобою будет?

– Ничего плохого не будет, Христом-Богом клянусь! – быстро перекрестился Арсений. – Я просто посмотрю, я у лекаря немецкого в служках ходил, кое-что ведаю. Болезни не нахлебаюсь, не бойся, а все, что увижу – о том надобно будет князю великому доложить!

– Князю? – Ирина изумленно хлопнула ресницами – длинными, пушистыми, черными. – Так давно ушли струги-то.

– А мы, если что, нагоним, – обернулся с пригорка отрок. – Они по реке, а мы напрямик – тропками. Да и князь торопиться не будет – я чаю, по пути у него еще немало дел. А мы… – Сенька замялся. – Мы весть важную принесем. Правда – худую. Пойдешь со мной?

– Пойду! Хоть куда пойду… лишь бы не здесь, лишь бы…

– Вот славно как! Тогда сиди, дожидайся…

Пробежав по тропе вверх, к рядку, Арсений не выдержал, оглянулся, помахал девчонке рукой:

– Ты только меня дождись, слышишь!

Глава 3

Сыск

Лето 1418 г. Кашинский удел

– В Крутогорке мор, княже! И в Угланове – тож!"

"Спешившись, доложил молодой десятник Иван Афанасьев сын, еще с утра во главе дюжины своих молодцов посланный князем по окрестным селеньям – в разведку.

Сидевший на мостках, по-простецки свесив ноги, Егор оторвал взгляд от золотисто-оранжевого заката, от подсвеченных солнцем облаков, медленно плывущих по темно-голубому небу, от светлых вод реки, перечеркнутых длинными тенями росших на том берегу сосен:

– В Крутогорке, говоришь? И в Угланове? Ай-ай-ай… мы ж недавно там все зачищали, и вот вам, на обратном пути – нате! – поднявшись, князь покачал головой и прищурился.

Десятник не отвел глаз, кивнул:

– Выходит, княже, так.

– Да это и без твоих слов понятно! – вдруг осерчал Вожников. – Непонятно другое – с чего бы?

– Так, может, крысы…

– Может, и крысы… А если люди? – взгляд князя внезапно наполнился тяжестью и вот-вот готовым прорваться гневом, как бывает, когда люди, которым веришь, на которых надеешься, вдруг не оправдывают этих самых надежд.