Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Она не хотела больше жить, и даже приглашенный по велению нового хана лекарь-табиб лишь разводил руками, пичкая несчастную медовым, с кровью гюрзы, зельем да отварами из самых разных трав. Змеиная кровь должна была выгнать желчь и вызвать волю к жизни, травы же – укрепить ослабленный организм. Похоже, убивать высокородную пленницу сейчас отнюдь не входило в планы мятежников. Унизить – да, но не убивать, зачем-то она им была нужна… или это просто Джелал-ад-Дин проявлял иногда свойственное ему благородство, сдерживая животные порывы своего склонного к садизму братца Саид-Ахмета?

– Ты должна радоваться, госпожа моя, – тряся длинной козлиной бородкой, увещевал лекарь – смешной, с морщинистым лицом и трясущимися руками, старик в длинном, расшитом забавными узорами халате.

 – Радоваться всему. Ибо без радости нет и жизни.

– Я бы радовалась, – едва слышно прошептала царица. – Да нечему… и вообще – скучно все здесь. Нет веселых пиров, праздников, песен…

– Нет песен? – табиб встрепенулся. – Так они скоро будут, моя госпожа! Известная многим танцовщица Ай-Лили завтра будет петь здесь по велению нашего великого и мудрого хана.

– Вот как? Ай-Лили… певичка…

– Она и ее девушки будут танцевать в саду… Их будет прекрасно видно и слышно с дворцовой галереи… думаю, великий хан разрешит вам… Я тотчас же похлопочу!

– Хлопочи, старик…

Едва лекарь ушел, как Айгиль спрыгнула с ложа и, словно юла, несколько раз повернувшись на правой ноге, азартно хлопнула в ладоши. Весь налет унижения и болезненной грусти слетел с нее в один миг… да и был ли? Ханы считали, что был. По их мнению, именно так и должна была вести себя оскорбленная и опозоренная царица – желать смерти и тихо страдать, что и делала юная ханша, с успехом водя за нос табиба.

И Саид-Ахмет, и Джелал и все их советники оказались в плену заблуждения, заблуждения о восточных женщинах – покорных и ранимых скромницах. Вот только Айгиль-то такой не была! Что сейчас тщательно скрывала… до поры до времени.

Ах, шайтан и тысяча ифритов! Скривившись, негромко выругалась пленница. Спина-то саднила… все Саид-Ахмет со своей плеткой. Погоди, жирный ублюдок, еще посмотрим, как бы у тебя задница не саднила!

Весь день Айгиль, скрывая радость, тщательно продумывала планы, заранее прикидывая все, любую мелочь.

С крытой галереи женского крыла дворца имелся выход в сад, и этим нужно воспользоваться… лишь бы на галерее не было лишних людей. А как их не будет-то? Ханский гарем, наложницы, евнухи – все народ, склонный к интригам, скандальный. Попробуй не пусти таких посмотреть на представление! Даже Саид-Ахмет – и тот бедным будет.