Великолепно!

Новобрачные остановились возле Юджинии, и Алекс твердо произнес:

– Я хочу, чтобы все уехали сегодня же вечером, и мне плевать, если они доберутся домой лишь к рассвету. В конце концов, это прежде всего наш праздник, а не их.

– Могу я надеяться, что это не относится к членам твоей семьи и ближайшим родственникам? – спросила Юджиния насмешливо.

– Конечно. Но все же я хочу, чтобы к завтрашнему утру большинство гостей уехали. – Алекс поцеловал мать в щеку.

– Можешь быть спокоен, никого из нас не останется здесь к полудню завтрашнего дня, – все так же насмешливо ответила Юджиния. – Думаю, до этого времени ты едва ли появишься из спальни.

При этих словах Эмма покраснела до корней волос.

– Разумеется, не появлюсь, – не моргнув глазом заявил Алекс. – Однако я не стану возражать, если нам утром принесут завтрак.

– Об этом можешь не волноваться, я уже обо всем позаботилась. – Глаза Юджинии потеплели. – Я так счастлива за тебя, мой любезный сын!

Улыбнувшись Юджинии на прощание, Алекс взял жену под руку, и они двинулись к хозяйской спальне. Эмме приходилось почти бежать, чтобы не отстать от Алекса, размашисто шагавшего по длинному коридору.

– Пожалуйста, – взмолилась она смеясь. – Подожди минутку!

– Не могу, – ответил Алекс безжалостно и тут же сгреб ее в охапку, так что остальную часть пути Эмма проделала на его руках.

– Наконец-то мы одни! – воскликнул Алекс, захлопывая дверь ногой и не выпуская ее из объятий. – Не возражаешь, если я тебя поцелую?

– Разумеется, нет.

К моменту, когда он оторвался от нее, Эмма едва могла дышать, поэтому Алекс сперва выждал несколько мгновений, а затем взял ее за руку, и они прошли в спальню.

– Это твоя новая комната, – сказал он, обводя спальню широким жестом.

Эмма с любопытством огляделась: вся обстановка говорила о том, что комната принадлежит мужчине.

– Ее можно обставить по-другому, если хочешь, – предложил Алекс. – Но только ничего розового.

Эмма подавила усмешку.

– Думаю, мы сумеем выбрать что-нибудь подходящее.

– Комнату рядом, соединяющуюся с этой, официально называют комнатой герцогини, но я предпочел бы, чтобы ты больше времени проводила здесь.

– Вот как?

– Да. А из комнаты герцогини мы можем сделать гостиную и украсить ее всякой женской дребеденью, если пожелаешь, – сказал Алекс серьезно. – Но не думаю, что тебе понадобится там кровать. Ее можно поставить в комнату миссис Гуд – она с нами много лет, и, думаю, для нее это будет славный подарок. А теперь, – он хищно улыбнулся, – подойдите ближе, ваша светлость, чтобы мы могли снять с вас это роскошное платье.

– У меня есть имя, – ответила Эмма серьезно, – и я не хочу, чтобы меня называли «ваша светлость».

Не отвечая, Алекс принялся расстегивать крошечные пуговки на ее подвенечном платье.