Ветреный

Я все-таки вырвалась и пошла своей дорогой дальше, только вот мысли все равно остались с ним.

Вернее, со всем, что происходило тогда.

Я сижу на кухне и не могу решить, какой чай хочу. Зеленый и черный. Мысли заняты другим и я начинаю припоминать ужасные дни, которые случились после Парижа. Антон решил сделать вид, что ничего не случилось и наш брак немного постоял на паузе и всего-то. Я снова его жена, его любовница и его больная радость. Он постоянно лез ко мне, а когда встречал отказ или холодное пренебрежение, заводился и ломал всё, что попадало под руку.

Мебель, посуду, памятные статуэтки.

Он не трогал меня первое время. Мне даже показалось, что он умеет испытывать чувство вины, но нет. Его прорвало вскоре и Антон затащил меня в спальню, чтобы отыграться за всё сразу. Муж подмял меня под себя и жестко поимел, изорвав низ юбки и сдавив ладони на моем горле. Он не душил, но зафиксировал меня на месте, как куклу, и вдалбливался в меня, пока не кончил с утробным рычанием.

Я не могла встать с кровати больше двух часов. Антон ушел почти сразу, застегнув брюки и бросив на меня победный взгляд. А я лежала и смотрела в потолок.

Тело ныло, хотя не полыхало болью. Антон прошелся по самой грани, не оставил на мне синяков, но выкрутил наизнанку душу, так что я боялась пошевелиться лишний раз. Я оцепенела и не решалась даже поправить одежду, почему-то казалось, что если задвигаюсь, расплачусь и уже не смогу успокоиться.

А потом побежал день за днем. Я научилась смотреть в пол, чтобы не столкнуться глазами с мужем, и слышать его шаги еще на подступах. Я старалась не пересекаться с ним лишний раз и не заводить разговором. Только если пустых, о погоде, его бизнесе или рабочих, которые сломали стремянку и поцарапали ворота, когда грузили бордюрный камень.

"

"Антон сперва не обращал внимание, но потом начал мрачнеть. Он не лапал меня и, видимо, давал время отойти после последнего супружеского секса, но вскоре ему наскучило благородство. Он грубил и срывался, вспоминал Ника и пытал меня распросами. Что Ник делал со мной, куда водил и где брал, как трахал и как мне было… Бесконечный список, которым он дышал мне прямо в лицо и требовал ответы раз за разом.

Я устала сопротивляться и отвечала ему. Честно, не в силах придумывать правильную ложь.

Да и мне уже было плевать на всё. Я даже надеялась, что от подробностей близости с Ником, в Антоне проснется брезгливость и он отстанет от меня окончательно.

Так и произошло. Антон лишь пару раз попробовал нагнуть меня, подловив то в душе, то в коридоре, когда он выпил лишнего, а на мне оказался слишком короткий халат. Он водил жадными руками по моему телу и смотрел в глаза, словно действительно верил, что я могу откликаться на его ласки.

После всего…

Мне было противно, и он это понял.