Вираж бытия

Ему было приятно общаться с ним. Понятно. Технично как-то. Словно с коллегой.

– Тоже верно, – вытерев шею платочком, согласился с ним Холодилин. – Могли и с должности снять.

Ципулин скосился на него, словно на дурака, но ничего комментировать не стал.

Фрунзе же с чувством выполненного долга отправился домой.

Отдыхать.

И надо же было так случиться, что возле подъезда его ждал Булгаков.

– Что-то случилось, Михаил Афанасьевич?

– Я сделал. Что вы просили. Вот. – сказал он и робко протянул тугую папку, набитую машинописными листами.

– Белая гвардия?

– Да. Точнее теперь «Путь человека».

– Прекрасно. Чаю?

– Благодарю. Не откажусь.

Они прошли в квартиру к Фрунзе и до позднего вечера беседовали о том, что Булгаков сделал. И о делах. В том числе финансовых, ибо они складывались у Михаила Афанасьевича не очень. Так что наркому пришлось его даже немного спонсировать, из личных средств…

Глава 3

1926 год, июнь 6, Подмосковье

Михаил Васильевич сидел на террасе дачи, которую пробил себе «для поправления здоровья и восстановления после операции». Врачи это подтвердили. И партия пошла навстречу.

Этой дачей стала бывшая усадьба Неклюдово к северу от Москвы.

Туда-то Фрунзе детей и отвез позавчера. На лето.

Вместе с мамой, то есть, их бабушкой. Чтобы они немного отдохнули на природе. Подальше от городской толчеи, в которой могло всегда что-то произойти. Вплоть до похищения. А он опасался ударов не только по себе, но и по близким.

Так что сейчас и сейчас они сидели за столом. И тихо беседовали после ужина.

– Ты уже присмотрел себе кого-то? – спросила мать.

– Мам.

– А что мам? Ты себя в зеркале давно видел? Без Софьюшки ты совсем от рук отбился. Вон, кажется даже ликом стал менять.

– Ты еще скажи, что уже нашла мне кого. – фыркнул Фрунзе.

– Вот еще! Большенький! Не тяни. Ты весь в делах. А дети должны быть под присмотром. Пусть и мачехи. Понимаешь? Им нельзя как сорняк расти. А я старая. Сколько мне осталось?

Фрунзе грустно улыбнулся.

Ему и самому было тяжело без женщины.

Не столько в плане секса, сколько из-за женского тепла, которое начинаешь ценить с годами. Но он был достаточно психологически зрелым для того, чтобы понимать – политический момент крайне этому не благоприятен.

Пользоваться услугами проституток он опасался. Можно быть подхватить какую-то гадость, плюс урон репутации, если всплывет. Да и один леший знает на кого они работают – такого рода дам слишком часто использовали – выведать что-то, отравить или как-то еще воздействовать. Да и толку от таких «услуг» в его возрасте немного. Просто секс – это просто секс. А большего они не дадут.