Вираж бытия

Который очень увлекался фантастическими сюжетами. На самом деле они не дружили. Но Беляев попросил познакомить его с увлекающегося литературой наркомом, о чем уже болтали обе столицы. И Толстой, используя это как повод для новой полезной встречи, охотно пошел навстречу.

– Как же, как же. Слышал о вас. И читал даже про голову профессора Доуэля. Весьма увлекательный сюжет.

– Увлекательный?

– Он спровоцировал меня фантазировать…

Беседа под кружечку-другую чая потекла рекой.

Оживленно обсуждали перспективы научно-технического прогресса. Беляев был в известной степени увлечен футуризмом.

– Что вы… футуризм – неблагодарное дело, – возражал Фрунзе. – Мыслил ли кто в XVIII веке о том, что уже столетие спустя весь мир преобразится из-за паровых машин? Нет. Они просто не знали, что эту технологию изобретут. В этом суть беды футуризма. Мы гадаем о будущем, опираясь на прошлое.

– Вы полагаете, что будущее не предсказуемо? – поинтересовался Толстой.

– Если говорить об отдаленном будущем, то да. Тут и новые, неизвестные нам технологии, способные изменить мир. И всякие катаклизмы, о которых мы пока не ведаем.

И иные факторы. Например, внеземные формы жизни. А почему нет? Представляете, как изменится наша жизнь, когда мы столкнемся с ними?

– Новый виток прогресса?

– Совсем не обязательно. – мягко улыбнулся Фрунзе.

И зашел с козырей.

Понятное дело, что знаменитый роман «Война миров» уже четверть века как существовал. Однако он фокусировался на повседневной жизни и не сильно уделял внимание пришельцам.

Михаил Васильевич же кратко-сжато пересказал Беляеву не то сюжет, не то концепцию «Чужого». Насколько он помнил первую и вторую серию.

Понятное дело, с «поправкой на местность». Что, де, в будущем Советский Союз уже располагался в нескольких звездных системах. И его корабли бороздили Большой и Малый театры… ну, то есть, глубины космоса. Но существовали и отщепенцы, пираты, наемники, разбойники и так далее, создающие свою экосистему на окраинах огромной державы. Вот в тех краях события эти и происходили. Героиня же, которую сыграла Сигурни Уивер являлась комсомолкой, спортсменкой и просто красавицей, похищенной космическими работорговцами…

Что было дальше?

Безумное количество вопросов.

По сути – мозговой штурм. В котором они втроем прорабатывали разного рода детали. Фрунзе лишь изредка вмешивался, когда писатели увлекались и их заносило сильно не туда.

Часть 2. Весна

""Люди, которые идеальны во всем, обычно намного более жуткие твари, чем те, кого вы считаете полными придурками.""

Хлесткие цитаты с Уолл-СтритГлава 1

1926 год, март 21, Москва

Фрунзе вошел в небольшой зал.

Он был занят членами ЦК ВКП(б) и приглашенными. Всего около сотни человек.