Газлайтер. Том 9 (СИ)

Грохот разбитой посуды, и мужской крик боли:

— Ай! Дорогая, осторожней!

— На, еще!

— Милая, только не фарфоровую вазу! Это любимый антиквариат моей бабушки! Лучше возьми ту чугунную сковородку!

Новый стеклянный звон под аккомпанемент душераздирающих криков:

— Нет!!! Бабушка, прости!!

— Теперь можно и сковородку! — разгневанная Жези, сдув прядь с лица, обеими руками хватается за длинную ручку тяжелой сковородки-гриль и, напрягшись, на выдохе произносит:

— Ну, трус, это за то, что ты испугался щенка!

Но маркиз Густав, опустив взгляд на осколки бабушкиной вазы, вмиг теряет терпение.

Из любви к жене он готов ей многое простить, очень многое, но сейчас она перешла черту. Он никому не позволит громить реликвии рода, какой бы проступок сам ни совершил."

"— Жена, успокойся! — рявкает маркиз, в суженных от гнева глазах сверкают молнии, и Жези, чутко уловившая настроение мужа, тут же прячет сковородку за спину. Время концерта закончилось. Всё же не стоило разбивать дурацкую вазу, так бы у нее была возможность еще поиграться в обиженку и даже пару раз огреть этого никчемного оленя сковородкой. Никакого вреда бы ему это не причинило, всё же второранговый Мастер молнии, но Жези хотя бы испытала удовлетворение.

— Я просил не трогать вазу! — сжимает кулаки маркиз.

«Всё же взяла лишка» — про себя констатирует Жези, притом нисколько не испугавшись. Маркиза прекрасно умеет при помощи улыбок и слез манипулировать мужем, который сравнительно рано стал главой рода. Сама Жези старше его на десять лет. Пускай Густав сильный и не по годам талантливый молниевик, но он совсем не понимает, как любимая супруга ловко использует его преданность и любовь в своих целях.

Жези делает обиженное личико и хлюпает носом.

— Густав, этот мальчишка Филинов унизил меня! Жестоко обидел! — Притворные слезы брызгают из ее глаз. — Он снёс мои щиты, подверг иллюзии, возможно, украл наши родовые тайны, и не получил никакого наказания! Ты ничего не сделал! Ты даже не убил его!

Уязвленный Густав крепко сжимает челюсти. Жези опять добилась своего, и ее наивный муж снова испытывает вину.

— Я не могу пойти на Филинова войной, Жези. За его плечами стоит всё Русское Царство. Оно нас разадвит!

— Забудь о войне.

Просто вызови Филинова на дуэль как мужчина, — мягкой походкой француженка подступает близко к мужу и гладит его по щеке. — Убей этого щенка, дорогой. А если русские потом заявят протест Кишелье, то мы в ответ расскажем, что он сделал со мной на балу.

— Ладно, — вздыхает маркиз. — Я найду Филинова и вызову его на честный поединок.

— Сделай это немедленно, — требует Жези, продолжая трепать мужа за скулу, как верного пса. — И возьми с собой Мистара.

— Его-то зачем? — недовольно морщится Густав.