Вкус подчинения

Бесконечная неделя самых извращенных фантазий. Так долго. Что казалось любое его прикосновение, жест заставит меня кончить почти сразу, настолько велико было вожделение.

— Ты устала? — повторил он настойчивее, потеревшись временно зачехленным членом об зад.

Временно. Потому что скоро я планирую его расчехлить, и как следует обработать.

— Смотря для чего, — наклоняю я голову, увлекая его на неизведанный между нами путь флирта.

Он проводит по изгибу шеи пальцем, потом вторым, так медленно и тягуче, что я теряюсь, чувствуя, как внизу живота зарождается агония.

— Для сессии.

— Сейчас?

— Да.

— А ты не устал? — поворачиваюсь, наслаждаясь жадным взглядом и отхожу назад. Ноги сами знают дорогу. Ноги приведут меня туда, где ждет сладостный разврат, настолько же вкусный, настолько мое желание подчиняться. Отдать себя на милость Хозяину. Давиду.

— Хочешь, — он сделал шаг и рывком скинул пиджак. — Чтобы я показал, сколько у меня сил.

— Хочу, — тут же отвечаю, разворачиваюсь и бегу. К мягкой комнате. Возле нее останавливаюсь. Поворачиваюсь и ахаю. Он уже так близко. Словно бесшумно подкравшийся тигр.

Поднимает руку наверх, не отрывая взгляда и достает из тайника ключ.

— Там, пока избивал Лешу, ты бы прекрасен.

— Что? — хрипло шепчет он и поворачивает ключ, но замирает. — Почему?

— Ты выпустил наружу свою истинную сущность, но жестко контролировал ее.

— Майя, — рычащий шепот и я вижу, что он уже на грани.

— Ты животное, умеющее обуздать себя и свои инстинкты. Ты так заботился обо мне все время, что забывал о себе. Даже во время сессий ты не отпускал вожжи.

— Зачем ты все это говоришь? — прижимает он меня к двери, вклинивается между ног коленом и приподнимает над полом, давит на уже намокшие трусики, вдавливая их в промежность. — Что ты хочешь?

— Покажи мне себя настоящего, не сдерживайся, подари мне боль!

Он стискивает зубы, резко проворачивает ключ в замке и толкает меня в дверь. Кидает на пол, садится сверху и одним слитным движением срывает блузку.

Буквально рвет пополам, а потом стискивает щеки большим и указательным пальцем, языком врываясь в болезненном стоне, раскрытый рот.

Целует грубо, почти жестоко. Не жалеет. Не щадит. Порочные движение языка сводят с ума и я просто стону ему в рот, закидываю руки на шею и тяну на себя. Обхватываю ногами бедра, трусь об член.

Он отрывается от губ, смотрит в глаза.

— Сессия. Ты терпишь до последнего, кончаешь по команде, стоп слова не будет. Твоя задача…

— Доверять, — киваю я с улыбкой, уже предвкушая, какое удовольствие меня ждет.

Возможно тогда, много лет назад, будь на месте Леши Давид, совершай он все те же манипуляции не на сильно, а потому что мы оба этого хотим, все сложилось бы иначе.

Но и сейчас хорошо.