Волк и семеро козлов

– Я начальник тюрьмы, я, – коленкой надавив ему на спину, отозвался полковник.

– Мент поганый! Ненавижу! Смерть легавым от ножа!

– Какой смелый…

– Да я таких, как ты, пачками мочил!

Ролан дергался, изображая попытку вырваться, и полковнику приходилось напрягать все силы, чтобы удержать его. Наверняка это злило начальника. Что ж, именно к этому Ролан и стремился.

– Смотри, как бы самого не замочили!

– Да я твою маму, понял!.. И твою папу…

Все-таки смог он вывести полковника из себя, и подтверждением тому был сильный удар по затылку. Ролан при таком раскладе собирался притвориться, что потерял сознание, но делать ему этого не пришлось – он действительно лишился чувств.

Глава шестая

Молодой круглощекий оперативник не скрывал своего ликования. Еще бы, беглого зэка выявил, а это – благодарность от начальства, а может, и звездочка на погоны.

– Ну, с воскрешением тебя из мертвых, Тихонов!

– Да я и не умирал, начальник.

– Ну как же! Застрелен при попытке к бегству…

– Недострелили, начальник. Конвойный думал, что я в болоте утоп, а я не утоп. Выкарабкался…

– А в Святогорск тебя каким ветром занесло?

– Да тебя, начальник, порадовать вдруг захотелось.

– Какому козлу? – не понял оперативник.

– Да который повязал меня.

– Так ты сам ему и передашь! Полковник Храпов – начальник тюрьмы, и тюрьма эта находится в одном дворе со следственным изолятором, куда ты сейчас и отправишься. Думаю, он захочет повидаться со своим крестником.

– Да плевать я на него хотел! Меня в мою зону возвратят, и хрен что Храпов со мной сделает!

– Может, возвратят, а может, и нет… Так что мой тебе совет: молчи в тряпочку и не воняй.

– Это ты кому сказал? – Ролан волком посмотрел на оперативника. – Мне?!. Ты хоть знаешь, что тебе за это будет?

– Знаю, ничего не будет, – стараясь держать марку, мотнул головой парень.

– Ошибаешься, начальник. Я оскорблений не прощаю. У меня уже два побега. И третий будет. Я вернусь сюда – и тебя на перо поставлю, и козла Храпова!

Оперативник думал недолго. Он распорядился увести Ролана в камеру – в ту, где беглец уже провел сутки в компании с бомжом и спившимся интеллигентом, задержанным за пьяный дебош.

Ролан сопротивляться не стал. Он лег на пол еще до того, как его ударили, сжался в комок, закрывая руками и коленями жизненно важные органы. Лицо он защищал в последнюю очередь, потому что по нему маски старались не бить.

Может, потому, что Ролан молча сносил побои, менты не стали зверствовать.